Читаем Наследие Эксплара (СИ) полностью

Голосование началось. И на этот раз за союз с Технократией Старший Совет проголосовал единогласно «за». «Что же ты задумал, Альвен? — Урси опустил взгляд на поверхность стола. Отряды разошлись по комнатам, оставив Советников наедине с собой, но Урси чувствовал их смятение. Все чувствовали надвигающуюся угрозу. — Надо поговорить с ним, когда всё закончится. Он не может этого сделать, не продумав последствия».

— «Тау» остаются в Аполотоне, — объявила Арги, передавая планы атаки и пакт о соглашении на передачу «Лог-Ос»-а Совету, — и я тоже. Мы обнаружили, что анроты Технократии поедают органику, перерабатывая её в… во что-то. Поэтому мне необходимо остаться здесь, чтобы всё выяснить.

— Мы можем прислать оборудование для проведения исследований, — сказал Каллидус, — мобильную лабораторию. Только вряд ли тебе позволят кого-то разобрать.

— Уж как-нибудь я их уговорю, — усмехнулась лисица, — хотя на первый взгляд это кажется незначительной деталью, но что-то мне подсказывает, что Прокуратор встроил им биореакторы не просто так.

Комендант кивнул, принимая её позицию. Каллидус мог сколько угодно притворяться скептиком и пессимистом, но силы своих союзников и друзей всегда оценивал здраво. И Арги давно ему доказала, что заслуживает доверия.

— Мы передадим оборудование вместе с конвоем транспорта, на котором полетит носитель с «Лог-Ос», — сообщила им Елема, — Лупо, нужно согласовать ваш маршрут, чтобы вы встретили их по пути. Хоть мы и подписали соглашение, но доверия к Прайму оно не прибавляет. Не хотелось бы, чтобы вас сбили, как только он получит систему.

— Почему бы не передать его сейчас?

— Потому что чертежи не существуют в «Огненной Линии», — бросил Ассур, смерив волчицу тяжёлым взглядом, — они находятся в моём личном носителе в специальном хранилище, на котором лежит Конвентум. И снять его могу только я или Сантия, мой заместитель.

Краем глаза Урси заметил, что нот жестом подозвал Лункса, стоявшего у окна, и они оба вышли в коридор. «Ты-то куда полез? — проворчал он про себя, поднимаясь со стула. — Мало тебе твоей интрижки с Лупо, так ты ещё и в политические игры решил ввязаться?» Но Лункс его, разумеется, не слышал.

***

До лифта наверх они шли молча. Ассур не обращал внимания на поднимающихся в знак приветствия диспетчеров, и Лункс с лёгкой усмешкой заметил их разочарованные взгляды. «Наверное, для анротов он и правда такой привлекательный, — подумал он, взглянув на острый подбородок нота, — но это до тех пор, пока он не открывает свой рот». Ассур когда только-только возродился, сразу отгородился от остального Сольтена, пытаясь вспомнить хоть что-то из прошлой жизни. Ранее, по словам Сантии, он состоял в Круге Анима под другим именем и другой личностью, когда последние из их числа расстались с телами, чтобы дать возможность Лоту сбежать. Ассур подсознательно ощущал себя ответственным за продолжение дела Создателя Анима, несмотря на то, что ничего не умел как ноосенс. Из Союза никто не знал, что случилось с остальными членами Круга. Почти все они погибли ещё до Войны Возрождения от рук Эксплара, заменённые душеотводами технологии Коэннана. Как понял рысь, до получения этих механизмов, глава «Рассвета» планировал использовать Круг Анима для возрождения своей армии, но когда оказалось, что существует более простой, хоть и небезопасный метод, он тут же уничтожил их, опасаясь распространения Секрета бессмертия. Единственный ноосенс, оказавшийся в Сопротивлении, был старый нот Соф, работающий вместе с Сантией на «Орхидее», но и он не успел оставить хоть какие-то знания. Поэтому, как Ассур научился владеть своей силой, оставалось загадкой.

— Некоторые вещи не нуждаются в огласке, — негромко сообщил нот, глядя через стекло основного лифта на сияющий золотом город. Ночной Аполотон вновь расцвёл во всей красе, сверкая огнями среди тёмных тел небоскрёбов и прочих зданий, — тебе знакома эта картина, не так ли, Пятый Неизвестный?

Лункс помнил. Он помнил тот сон, когда тьма затягивала внутрь себя всё это золото, обнажая мёртвый сизый бетон без души и жизни. Небытие поглощало саму душу, и даже Создатель Анима, Ами Леона, которую он увидел тогда, не смогла уберечься от её влияния.

— Ты прочитал мои мысли? — глухо спросил рысь.

— Я вижу сознание насквозь, беот, — их глаза тускло отражались в стекле кабины, — и твоя душа, душа Коэннана Мола, всё ещё жаждет отмщения за прошлую личность.

— Думаешь?

— Знаю, — шахта лифта скрылась под внешней стеной Шпиля, означая, что они добрались до верхних этажей, — анимагены так устроены, что не могут до конца простить личную обиду. И это плохо. Месть ни к чему хорошему не приводит.

— Однажды она убила Эксплара, — хмыкнул Лункс.

— Уверен, для него это было неожиданностью, — диспетчер и А-Трибуны на этаже вытянулись в струнку, когда увидели выходящих из лифта ноосенса и беота, — как и для тех, кто рассчитывал на его успех.

— Советник?