Читаем Наши в космосе полностью

Он повернулся и быстро зашагал по коридору. Все же ему было не по себе. Первобытный страх, с которым воспринял дед Андрей необъяснимые перемещения идола, оказался сильней, чем любые разумные доводы, и передался Жбанкову во всей полноте. А дело меж тем клонилось к вечеру, и с этими суеверными мыслями предстояло еще засыпать.

Но, как ни странно, спать ему в ту ночь удалось вполне сносно. Усталость помогла изгнать из мыслей всякую чертовщину. Наутро дед Андрей доложил, что все сделано, как было велено: мертвец обернут в рогожу и переправлен в кабину для грузов, порядок в его нумере восстановлен, все вещи сложены и закреплены. Так что, если вдруг хватятся родственники или лица, имеющие к погибшему интерес, можно будет им отчитаться, что все вещи и документы сохранены в целости.

Говоря об этом, дед как-то странно заглядывал Жбанкову в глаза, словно хотел сказать что-то необходимое, но боялся ошибиться и внести этим напрасное беспокойство.

— Что ты, брат, все егозишь? — не выдержал наконец Петр Алексеевич.

Дед тут же весь подобрался, распрямился, только что руки по швам не положил.

— Мы когда со Степаном прибирались, — тихо сказал он, сохраняя на лице очень заговорщицкое выражение, — мешка с червонцами нигде не нашли.

— Да как же… — растерялся купец. — И где он мог пропасть?

— А где? — ехидно ответил дед. — Рыжий черт один с покойником оставался, когда я за вами бегал.

— Вот как? — Глаза Жбанкова сузились, а голос окреп. — Что ж… Надо тотчас устроить ему дознание.

— А нечего и устраивать, — мстительно произнес дед. — Степан уже глядел. Червонцы у рыжего под матрасом схоронены.

— Вот же бестия! — не выдержал Жбанков.

— То-то бестия. Я завсегда говорил, что он разбойник и каторжник.

— Ну, вот что. Вы пока шума не делайте. Дайте до дома добраться. А уж там устроим все процедуры, как полагается. И червонцы эти вместе с полицмейстером будем доставать.

— Это мудро, — согласился дед. — Я, признаться, Вавилу уже опасаюсь. Ежели начнем его сейчас приструнять, он того и гляди всех по очереди перережет.

— Оно так, — кивнул купец. — Потому и не будем сейчас следствия чинить. Обождем до дому.

Вавила, конечно, заметил, что кое-кто из команды общается с ним теперь с некоторым напряжением. Но отнес это за счет нечаянно убитого пассажира. Понимая свою вину, он стал меньше задираться и лезть на рожон. Возможно, роль в этом сыграло и то, что червонцы теперь покоились под его матрасом и оставалось только спокойно дотерпеть до дома, чтоб воспользоваться всеми благами жизни. Вопрос с полицией он надеялся как-то уладить.

И это улаживание начал прямо после обеда.

В один прекрасный момент он подошел к купцу с самым невинным видом.

— Петр Алексеевич, — печально проговорил он. — Небось тоже огорчаешься из-за чужеземца?

— Еще спрашиваешь! — со злостью отвечал Жбанков.

— Беда… — вздохнул Вавила. — Теперь небось и люди заговорят, что купец летал к планетам за выгодой, а привез покойника.

— Ты нарочно пришел, душу мне травить? — рыкнул Жбанков. — Пошел с глаз!

— Да, пойду, пожалуй, — поспешно согласился Вавила, но не ушел. Вместо этого опять начал рассуждать: — И наверное, в полицейское ведомство таскать начнут, спрашивать то да это…

— Что тебе от меня надо? — воскликнул вконец разозленный купец.

— Я говорю, небось неохота вам таких хлопот, а?

— Да уж ясное дело, неохота!

— А раз так, — Вавила подошел вплотную и заговорил вполголоса, — раз так, давайте покойника из снаряда вон выбросим!

— Что?! — Петр Алексеевич ушам своим не поверил.

— А что? — нахально сказал мужик. — Кто там потом узнает, что мы при себе везли? Выкинем его вон, вещи — тоже, все следы изничтожим — и не будет с нас никакого спроса. Ни хлопот, ни разговоров.

— Ты мне это предлагаешь? — задыхаясь от гнева, пролепетал Жбанков. — Мне?!

— Не извольте кипятиться, барин, а лучше послушайте моего совета, — ухмыльнулся Вавила, фамильярно взяв купца за рукав.

— Да я… Да я тебя сейчас! — Жбанков не смог договорить, ибо в ту же секунду его отвлек громкий звук неясного происхождения.

Звук услышали все в общей зале и тут же оставили свои занятия. Это походило на то, если бы некто бил колотушкой в пустой колокол: тум! тум! тум!..

— Что это там? — пролепетал дед Андрей, заметно побледневший.

— Гаврюха, что ли, чудачит? — задумался было купец, но в тот же момент сообразил, что приказчик находится вместе со всеми и удивлен не меньше остальных.

Меринов встал от своих рычагов, надел очки и вгляделся в темный провал дверного прохода, словно желал просмотреть его насквозь.

— Вибрация… — пробормотал он. — Возможно, отошло какое-то крепление. Степан, сходи проверь. И возьми с собой инструмента, болтов, клепок запасных.

Степан взял вещи и молча вышел, опасливо покосившись на остальных.

Из глубины коридора продолжали доноситься гулкие удары, и всем казалось, что с каждой минутой они становятся громче. Все так и стояли полукругом, не говоря ни слова. Только дед Андрей беспокойно дергался и все время тихо повторял:

— Может, еще кого послать? Может, ему подмога требуется?

Внезапно удары стихли. После небольшой паузы инженер зашевелился.