Читаем Наша служба полностью

Семёныч с ненавистью поглядел на сержанта.

– Это… Ты… Это первый из составленных мной кроссвордов, который был опубликован! Это…

– …спасёт нам жизнь, – закончил Антон.

Семёныч испепелил взглядом сержанта, выхватил кроссворд и быстро вышел из рубки.

Избегая камер, Гинапан добрался до своей каюты и ползком, чтобы не попасть в зону действия датчиков слежения, пролез вовнутрь.

Только здесь инспектор мог расслабиться, не боясь быть обнаруженным. Но ему было не до того.

Он подошёл к стене, в необходимой очерёдности нажал на несколько заклёпок, и в стене открылась ниша.

В ней на железном манекене висел плащ и оружие крестоносцев ордена Святого Хлорофилла.

Помолившись божественным Корням и Ветвям, потом всепрощающим Почкам и Листикам, не забыв также благословенные Пестики и Тычинки, Гинапан начал вооружаться для похода на неверных во славу Солнца, Хлорофилла и сына их Фотосинтеза.

Подождав полчаса и так и не дождавшись Семёныча, Антон решил проверить, всё ли хорошо. Мало ли что могло случиться на этом ржавом корыте.

С Семёнычем Антон столкнулся на выходе из щитовой. Старшина был явно доволен и… нежно прижимал к груди упакованный в целлофан кроссворд.

Прокофьев редко выходил из себя. Но сейчас он почувствовал, что закипает. Кулаки сжались сами собой, зубы заскрипели, кровь прилила к лицу.

– Это как понимать? – спросил Антон, впервые в жизни забыв о субординации.

Семёныч непонимающе поглядел на разъярённого сержанта, потом на кроссворд и отмахнулся.

– Да заклеил я, заклеил. Не кипи.

Антон отодвинул Семёныча и шагнул в щитовую, ожидая увидеть голый кусок стены, до которого адаптоиду удастся добраться. Однако когда Прокофьев нашёл глазами участок, на который не хватило страниц Устава, злость мгновенно улетучилась и сменилась недоумением.

– Вы… обклеили стену страницами своего паспорта? – оторопело спросил он.

Старшина пожал плечами.

– Мне никогда не нравилось, как я получился на фотографии.

До выхода из гиперпространства оставалось меньше дня, почти все крупные корни были заблокированы или уничтожены, а молодые стебли ещё не настолько окрепли и подросли, чтобы успеть нанести кораблю большой вред.

Последний из корней продвигался точно по заданному гаишниками маршруту в сторону ядерного реактора. К этому моменту адаптоид разросся настолько, что корень удлинялся до нескольких сантиметров в минуту. Он уже прогрыз перегородку и сейчас добрался до середины отсека, в котором Клипс установил генераторы направленного силового поля.

Террорист нажал кнопку. По обмоткам, украшающим стену, прошёл разряд, и невидимые глазу плоскости сорвались со всех четырёх стен, пола и потолка, сжимая корень с побегами в воздухе, в центре камеры.

Клипс довольно потёр руки.

Прокофьев, напряженно сжимавший кулаки, наконец-то расслабился и перестал шагать по капитанскому мостику из стороны в сторону.

Семёныч сразу же потерял интерес к происходящему и задумался, где бы взять выпивку.

А в следующий миг они все снова дёрнулись к экрану. Там происходило кое-что, никак не входящее в их планы.

Инспектор ногой высадил преграждающую путь стену. Стена, конечно же, была проржавевшей насквозь, однако выглядело это весьма эффектно.

Сквозь пролом в перегородке он шагнул в камеру и увидел извивающийся в воздухе посреди каюты корень.

Сначала он не понял, что же происходит, и лишь спустя полминуты сообразил, откуда взялись и что обозначают кабели, обвившие стену.

С воплем «Бонсай!» он рубанул мечом один из кабелей.

Посыпались искры, Гинапана отбросило к дальней стене, а корень упал на пол и пополз к стене, ведущей в реакторный отсек.

Прокофьев рванулся к выходу.

– Куда! – заорал Семёныч и схватил Прокофьева за плечо. – Пока ты доберёшься, там радиации столько будет, что твоё тело потом на новогоднюю ёлочку вместо гирлянды цеплять можно будет!

– Если ничего не сделать – реактор может взорваться! – крикнул Прокофьев и повернулся за поддержкой к террористу.

Клипс в кресле поник, ссутулился.

– Мы проиграли.

Полковник Рыков с отвращением глядел на снующие возле Врат корабли. Они слетелись как стервятники, как только стало известно о том, что находящемуся в гиперпространстве кораблю грозит опасность.

Возле Врат собралась целая космическая эскадрилья. Кого тут только не было. Медики. Пожарные. Военные, считающие, что гиперпространству грозит опасность. Учёные, решившие, что открываются новые возможности в изучении гиперпространства. Экологи, жаждущие заполучить новый вид растений и тут же внести его в Красную книгу Вселенной. Репортёры, надеющиеся, что из Врат выйдет лишь обгоревший остов корабля. Торговцы, перелетающие от корабля к кораблю и предлагающие пищу быстрого приготовления, но долгого переваривания.

Рыков нервничал. Корабль должен был появиться с минуты на минуту. А это самые ужасные мгновения. Когда одновременно хочешь, чтобы всё закончилось, и надеешься оттянуть миг, который может принести неприятные известия.

Полковнику очень хотелось выпить, но он никогда не позволял себе этого на работе.

Наконец-то Врата засияли, оповещая о скором появлении корабля.