Читаем Наш Современник, 2007 № 06 полностью

А теперь не пора ли задаться главным вопросом, ради которого и пишется эта заметка. Попробуйте припомнить, товарищи соотечественники, много ли нам приходится или приходилось слышать добрых слов, высказанных в адрес русского народа кем-то из европейцев? О стране нашей, о России, пусть и сквозь зубы, такие слова все же говорились - как-никак, а Россия дважды спасала европейские народы от завоевателей: первый раз - от Наполеона, второй - от Гитлера. Говорились-то такие слова больше из пустой вежливости, чтобы образованность свою показать. Но обратимся еще раз к Пушкину. Он не просто так, не зря - Пушкин слов на ветер не бросал! - сказал с горечью: “…ненавидите вы нас. За что ж, ответствуйте, за то ли, что на развалинах пылающей Москвы мы не признали наглой воли того, под кем дрожали вы?..”

Именно потому, что мы издавна не признавали и не признаем ничьей над нами воли, с нами - хочешь не хочешь - приходится не только вежливо разговаривать, но даже, для политесу, и произносить всякие хорошие слова. Но где это видано, где это слыхано, чтобы не о стране-государстве, а о русском народе, о русском воине сказаны были кем-то из европейцев слова искренней похвалы и восхищения?! Это как же нам надо было не просто удивить, но потрясти Европу, чтобы такие слова были громко, поэтично, печатно сказаны!

От всей широкой русской души ответно (пусть и посмертно) мы тоже воздаем хвалу поэту: честь и слава тебе, Рудольф Грейнц!

В русской песенной традиции не редки случаи, когда какую-то особо популярную, особо полюбившуюся песню называют народной, хотя у текста песни и есть хорошо известный литературоведам автор. С одной стороны, такое “обезличивание” для автора как бы и обидно, но с другой - не высшая ли это похвала его сочинению?!

На мой вопрос об авторе “Варяга” чаще отвечали: не знаю или не помню, однако же не раз и не два приходилось слышать: это песня народная! Мог ли знать, мог ли хотя бы предполагать такую оценку своего стихотворения, когда писал его, Рудольф Грейнц?!

Р. S. Впервые песню о “Варяге” я услышал в годы службы на Тихоокеанском флоте, совпавшие с годами войны. Мне пришлось воевать с японцами в северных портах Кореи, то есть - взгляните на карту! - совсем недалеко от тех мест, где когда-то “Варяг” и “Кореец” вступили в бой с японскими кораблями.

Честно признаться, тогда я не очень-то интересовался, когда и кто написал стихи как первой, так и второй песни. Интересоваться такими вещами я стал, когда, по демобилизации с флота, начал учиться в Литературном институте. Однако же ни в богатой институтской библиотеке, ни в специальных справочниках истории создания песен о “Варяге”, увы, не нашлось. Не удалось узнать даже, кто такой Я. Репнинский, - ни в одной литературной энциклопедии имя это не упоминается. Что уж говорить о Р. Грейнце и его переводчиках - нигде, никаких известий на этот счет не было.

Объясняется все это довольно просто. После Гражданской войны, при новой власти, многие военные песни царской России попали под запрет и только с начала Великой Отечественной войны были возвращены, в том числе и песни о “Варяге”.

И вот только совсем недавно, совершенно случайно, мне посчастливилось встретиться и разговориться с одним из потомков служившего на “Варяге” матроса - Игорем Николаевичем Худобородовым. Подполковник военно-космических сил Худобородов приходится внучатым племянником машинисту 2-й статьи Дмитрию Петровичу Александрову. И вполне понятно, что Игорь Николаевич не из простого любопытства, а по мотивам куда более серьезным проявляет интерес ко всему, что связано и с биографией своего дедушки, и с историей крейсера “Варяг”, тем более что история корабля не закончилась его затоплением, а имела продолжение.

Если же вернуться к главной теме моей записки, к песням о “Варяге”, то Игорю Николаевичу хорошо известно, например, кто был автором первой песни о “Варяге” - Я. С. Репнинский, которого я в свое время безуспешно искал в литературных энциклопедиях. А был он не литератором, не профессиональным поэтом, а всего лишь банковским служащим. (Вот бы наши нынешние банковские клерки тоже сочиняли стихи вместо всяких монетизаций - куда бы лучше было!).

Ну и в заключение всего сказанного мне остается сердечно поблагодарить Игоря Николаевича Худобородова за неоценимую помощь в написании сего сочинения-воспоминания о легендарном “Варяге”.