К сожалению, я не смог описать все, что происходило в то время, многое вспомнилось уже позже, когда очерк был закончен. Я решил не переписывать его. Надеюсь, даже то, что написано, дает представление читателю о жизни простых людей в те неспокойные годы.

Мои друзья, грозненцы, просят меня писать о Грозном еще — и более подробно. Вынужден огорчить их отказом.

Слишком тяжело вспоминать. Сейчас я сплю спокойно и не хочу возвращаться в эти кошмары. Извините меня.

Многие грозненцы рассеяны сейчас по России. Многие из них могут написать гораздо больше и лучше, чем я, ведь я не профессиональный литератор, обычный технарь. Тех из них, кто отозвался, я попросил тоже написать об этом, но… Как написал один из них — М., он боится за свою семью. Ведь чечены сейчас заполонили Россию, чувствуют себя безнаказанными и легко могут убить любого, кто отважится описать виденное. Написанное становится документом, осуждающим виновников случившегося, а написавший — свидетелем. Мне не раз поступали «отзывы» на этот очерк, помещённый в Интернете, с обещанием «оторвать бошку», «замочить», «прирезать» и т. д. Как видите, опасения моего знакомого оправданны, ведь он в России и его защищать некому.

Грозный

1990…

…Ну, всё! Работа закончена, теперь бегом в гараж. Недалек тот день, когда смогу наконец-то выехать на СВОЕЙ машине. Конечно, это не «мерс», даже не «жигуль», а всего-навсего «запор». Понимаю, что стыдно в 38 не иметь машины, если всегда хотелось, но тут уже ничего не попишешь. И сам вроде не безрукий, два шестых разряда и ВКР, не считая кучи смежных специальностей, да и работаю вроде non-stop сразу после армии, да вот не повезло. И жена преподаватель, что называется, от Бога, имеет приработок плюс к моим шабашкам, но вот на жизнь в достатке так и не наскребли. Как там по пословице: «от трудов праведных…»?! Нет, я, конечно, знаю, что про нас в России говорят, не раз слышал: «Вы там все богатые, на Кавказе деньги лопатой гребете!..» Ну и прочую чушь.

Не могу обижаться на людей, откуда им знать, кому на Кавказе жить хорошо. Никогда ведь не писали правду о том, что «старший брат» на то и старший, чтобы «младшему» дорогу уступать. Как за станком или в горячем цехе, так это — для «старшего», а «младшего» беречь надо, от грыжи и усталости. Вот и придумали такие должности, как завсклад, завмаг, прораб и прочие, где «младший» мог себя не сильно утруждать. Ну а если учесть, что у него еще тейп бесчисленный, то как только один пролез, так и потянулась цепочка всевозможных родственников на места, где и усушка, и утруска, и открытые махинации можно делать. Риска никакого, вокруг все свои, но если и «загремит» кто-то, так ненадолго. На Кавказе издревле барашка в бумажке почитали. Не взятка это, а подарок.

Конечно, не без того, что нацкадры и в колхозах работали, на промыслах, на фермах, но там, где можно что-то иметь, исключительно только они, с некоторым процентом других нерусских. Плюс к этому привычка сорить деньгами (а чего их беречь, если легко достаются!), особенно на курортах или в министерствах, вот и пошла слава о богатом Кавказе. Сильно укрепляли эту славу и различные комиссии и проверяющие из стольного града. Гостей на Кавказе почитают, правда, не всех, а начальствующих. Не только угощение царское, но и подарки невиданные. Именно после такого гостеприимства и возлюбил известный наш «правозащитник» Сергей Ковалев своих будущих подшефных.