Читаем Наш сосед Степаныч полностью

Иветта Эдуардовна спиной почувствовала его взгляд и на секунду оглянулась в сторону полуоткрытой двери. На полсекунды в её карих глазах сверкнула какая-то озорная искорка, в следующие полсекунды уголки её губ лукаво приподнялись, но никто, кроме Степаныча, этого не успел заметить, потому что она тут же повернулась к доске.

Степаныч вздохнул и пошёл к себе на первый этаж. Скоро прозвенит звонок, и школьные коридоры заполнятся хаотичным, по типу броуновского, движением школьников. И пока в мастерскую ещё не пришли дети, Роман Степаныч хотел успеть записать первую строфу своего нового стихотворения. Он знал, что это самое главное – успеть записать самую первую строфу, пока она не вылетела из головы. Записал и считай, что стихотворение готово на 46 процентов (Степаныч, как человек технический, во всём любил точность). А потом, когда первая строфа закрепится на бумаге, приложатся остальные 54 процента. Потом можно будет даже переставлять строфы, и, быть может, первая строфа станет третьей или шестой. И, если понадобится, можно будет даже до неузнаваемости изменить и сам текст этой первой строфы, потому что к тому времени стихотворение уже приобретёт основы своей формы.

Роман Степаныч подошёл к дверям своей мастерской, открыл дверь, сел за свой стол, открыл верхний ящик и потянулся за ключами от сейфа. Впрочем, сейф – это только название. На самом деле, это был обыкновенный стальной шкаф, запиравшийся на простенький ключ. В этом шкафу Степаныч обычно хранил стограммовый флакончик спирта для протирки концевых мер длины, именной штангенциркуль, подаренный ему коллегами по Третьяковке, золотые запонки, подаренные Чрезвычайным и Полномочным Послом Российской Федерации в Ватикане, рогатку, отобранную у Сашки Репина, и потрёпанную общую тетрадь в клеточку с оранжевой обложкой. В эту тетрадь Степаныч обычно и записывал свои стихи, которые, впрочем, сам он стихами считать не решался.

Степаныч наугад пошарил в верхнем ящике стола, выдвинул его вперёд до упора, но ключа от сейфа там не было. Степаныч поднял взгляд на сейф и увидел, что ключ с прикреплённой к нему вместо брелока бронзовой гайкой 3/4 дюйма вставлен в замочную скважину.

«Непорядок», – подумал Роман Степаныч. Он был абсолютно уверен, что вчера закрывал сейф, а ключ с брелоком-гайкой положил, как всегда, в верхний ящик письменного стола и закрыл ящик на ключик. Он всегда так делал, потому что порядок – половина жизни, а кроме того, одно из правил международной методологии менеджмента качества «5С» строго предписывает, чтоб каждый рабочий инструмент находился на своём месте.

Вот и вчера он, как и обычно, закрыл ключ от запертого сейфа в верхнем ящике стола, а ключик от стола положил в карман. Правда, замок в ящике стола был рассчитан исключительно на честных людей. А любой нечестный человек мог легко вскрыть этот ящик и без ключа, хотя бы большой канцелярской скрепкой.

Трудовик посмотрел вниз и увидел на полу рядом со столом как раз такую скрепку, один конец которой был сначала распрямлён, а потом загнут по-новому. И только тут он смекнул, что минуту назад не обратил внимания на то, что ящик стола был не заперт.

– Квалифицированная кража со взломом, статья 158 УК РФ, – констатировал Степаныч.

Выходило, что кто-то в отсутствие Степаныча порылся в ящике его стола, нашёл там ключ с гайкой вместо брелока и залез в сейф. А потом по наглости или по неопытности, или из-за спешки забыл ключ из замка вынуть. А вот чтобы понять, что этот неизвестный преступник оттуда взял, нужно было сейф открыть и осмотреть.

«Вскрытие покажет», – мелькнула в голове у трудовика неприятная мысль.

Степаныч, чтобы не затереть отпечатков пальцев злоумышленника, которые могли оставаться на головке ключа, решил провернуть ключ за жало, зажав его пассатижами. Однако, сейф оказался не заперт, просто дверца была прикрыта.

– Итак, что мы имеем? – спросил Степаныч сам себя.

В сейфе стоял пузырёк со спиртом и лежали в беспорядке именной штангенциркуль и рогатка Сашки Репина.

«Значит, охотились за посольским золотом», – решил Степаныч, но посветив вглубь сейфа мобильным телефоном, обнаружил обе запонки в углу верхнего отделения. Они валялись как раз за пузырьком, а это означало, что взломщик залез в сейф за чем-то для него более ценным, чем массивные золотые запонки.

«Тетрадь!» – мелькнула в голове трудовика запоздалая догадка. И как это он не заметил сразу, что нет такого большого и такого яркого предмета. А потому и не заметил, что тетрадки-то там уже не было.

Итак, неизвестный вскрыл сейф и украл тетрадь со стихами Степаныча. Именно за тетрадью злоумышленник и залез в сейф, ведь ничто другое его не интересовало: ни спирт, ни золото, ни даже рогатка.

Дверь мастерской открылась и в помещение ввалилась гурьба ребят. Роман Степаныч захлопнул сейф и начал урок технологии.

– Сейчас мы с вами начнём вытачивать болванки для ключей, – вкрадчивым голосом произнёс трудовик.