Читаем Нарушители полностью

Нарелин понял, что к пледам он теперь еще долго будет относиться с опаской. Поэтому, прежде чем снять покрывало с кровати (вишневого цвета, слегка пушистое), он осторожно тыкнул его пальцем — не зашевелится? Нет, не шевелилось. Лин с облегчением упал на кровать, стянул с себя сапоги (хоть и удобные, из натуральной кожи, но весь день в сапогах бегать — приятного мало) и забрался на постель с ногами.

Комната была интересной. В по стене, ближе к верху, бегали мерцающие огоньки. Они гипнотизировали, их хотелось разглядывать, следить за кутерьмой. Как же здесь все-таки хорошо... чувствуется — живут здесь люди, действительно живут, а не просто приходят, чтобы, погрузившись в сон, восстановить силы для очередного рабочего дня — как дроид на подзарядку... Комната, конечно, крошечная в сравнении с гигантскими жилищами Эос. Но толку с этих просторов, если от них душе ни капли тепла? Была бы его воля — давно бы Нарелин переделал свой жилой блок, роскошные апартаменты Первого Консула во что-то, более подобающее живой сути. Но тут уже вставали вопросы престижа и норм: подобного делать было, увы, нельзя, никто бы такого не понял...Зато теперь Лин, можно сказать, кайфовал, растянувшись на мягкой кровати.

За дверью раздались шаги, потом — вежливый стук, дверь приоткрылась, и Тон тихонечко спросила:

— Устроился? Можно войти?

— А? Тон, это ты? — Лин приподнялся на локте. — Входи, конечно...

— Я на секунду, хотела узнать, всё ли в порядке, — Тон подошла к нему, огоньки тут же сорвались со стен и образовали над изголовьем кровати мягко светящуюся сферу. Тон щелкнула пальцами, перед ней в воздухе повисли уже знакомые Нарелину неровные ромбики — панель состояния. Большая часть их оказалась нейтрально синей, но с десяток отсвечивали малиновым, и это явно не понравилось Тон. — Всё, да не всё…

— А что? — Лин послушно замер, когда Тон присматривалась к данным панели. — Я же в вашей технике не разбираюсь. Фиговые показатели, да?

— Нет, ничего фигового… — Тон задумчиво передвинула несколько ромбиков. — Не считая того, что ты… скажем так, всё время во взведенном состоянии. Это понятно, после всех событий. Ну и ранки пока что себя проявляют, хотя, думаю, к утру уже не будет следов. Не от Фиске царапины, конечно, а от ножа, которым тебя били монахи... В общем и целом — всё хорошо.

Лин вздохнул с облегчением.

— Ну и слава небесам... Как там эльфы? Вы их где устроили?

— В большой гостиной, им лучше быть вместе, спокойнее. Смешные мальчишки — подслушала, как они шепотом обсуждали, кто первый «будет сторожить», — засмеялась Тон. Она села рядом с Нарелином и, как днем, положила ладошку ему на грудь. — Давай-ка я ранки уберу прямо сейчас, это минута... По-моему, они больше всех нас, вместе взятых, боятся Фиске.

— Я его тоже боюсь, — признался Лин. — Кусающийся плед — это, знаешь... для меня совсем из области фантастики... куда там ваши катера! Им, главное, накрылись, а он как цапнет! Так и заикой сделаться недолго.

В груди разлилось тепло, дышать стало легче, свободнее.

— Спасибо, Тон...

— Не за что, — китаянка убрала ладошку. — Фиске — существо мирное, он как плед обычно и работает… в той части Сети, откуда он родом, этих котов выводили не одну тысячу лет. Эксклюзивное диванное украшение, кроме шуток. И, самое смешное, генетически это действительно кот. Всё него есть — и лапы, и хвост, и ушки… только весной с ним трудно, сам понимаешь…

Лин зафыркал от смеха.

— И не дай бог при нем пролить валерьянку, верно?

— Да, эффект потрясающий. Лин уже проверял, лет тридцать назад. Ну, стекла он потом делал сам, и в окна их вставлял тоже сам… А так — почти без разрушений. Но в каком восторге были дети, ты бы видел!..

— Плед, который прыгает по потолку и по стенам... да, кошмар!

— Забавно… Так, мне уже надо бежать, — Тон встала, светильник над кроватью тут же распался, огоньки втянулись в стену и снова начали свое броуновское движение под потолком. — Ложись. И пусть дорога будет интересной и приятной…

— Дорога? — через пару секунд до Лина дошло, что это, наверное, такое символическое пожелание. — А, да… Спасибо... И тебе тоже...

Тон улыбнулась и вышла.

Нарелин остался в одиночестве. Минут пятнадцать он отрешенно любовался на огоньки, потом ощутил, что начала накатывать какая-то неестественная сонливость. Лин тут же сообразил, что это, наверное, Тон специально так настроила здешний медкомплекс. Забота о здоровье — это все хорошо, однако же... Он вскочил с постели, потряс головой, прогоняя непрошенное ощущение.

Не давали покоя эльфы. До операции с выкупом перестарков оставался всего один день, а эти четверо эльфов... точнее, шестеро — с Таэни и Таори — были единственными, кто мог послужить в качестве «группы приема» в лагере (которого Лин так пока и не увидел) — встретить новичков, успокоить, убедить... Пойти, что ли, посмотреть, как они там? Может, тоже не спят?

Он потихоньку, неслышно, вышел в коридор. Сапоги остались валяться у кровати...