Читаем Нарушители полностью

— А вкратце — четыре магнитных полюса, взаимоисключающие течения в океанах, полная идиотия с тектоническими плитами… да что говорить, тот же Далиар находится в уникальной местности, такого климата просто не бывает. Тоже, кстати, наша ошибка — в голову не пришло посмотреть с этой стороны. Мы-то по привычке…

Нарелин кивнул.

— А что конклав? После того, как я сбежал, голос подавали?

— Подавали, а как же, — улыбнулась Тон. — После того, как мы стали возмущаться. Даже нашли в себе силы извиниться. Но — только за Жертан. Мол, ее инициатива. Знакомая картинка, правда?

— Конечно, на пешек всегда вину валят. Тон, ты говорила, что их возможно... вернуть к жизни. Это реально?

— Реально, — кивнула Тон. — Нарелин, а когда ты был вынужден убить Рауля — ты тоже потом так переживал?

— На совести Рауля были тысячи жизней.

— Кстати, насчет Рауля… Вот уж кто действительно раб, бедняга!.. У него своего было всего ничего — пожалуй, разве что привычка поправлять волосы, да любовь к диким сочетаниям цветов… И всё. В остальном… машина, кукла. Не сомневаюсь, что он легко убивал — просто потому, что в убийстве для него не было ничего дурного или хорошего. Он не умел думать иначе, никогда бы не смог. Глупо ругать кошку за то, что она ест мышей…

— Извини, но ты неправа, — ответил Лин.

— Я сужу только по тому, что вижу в слепке, который присутствует у Зверика. Конечно, я не могу знать всего, но и этого порой достаточно.

— Ты что, Тон, и вправду считаешь, что блонди — не люди, а рабы машины?

— Судя по всему, да. Они узкоспециализированны, совершенно не приспособлены к жизни нигде, кроме Амои, они более чем специфичны, и потом… Прости, Нарелин, как ты сам считаешь, что случилось бы с блонди, попади он сюда?

— Утопили бы на второй день, — заметил Пятый. — И хорошо, если бы просто утопили.

— Могли бы и сжечь, — подтвердила Тон. — Потому что они совершенно не умеют приспосабливаться. Я как-нибудь воссоздам его, пожалуй. Подкорректирую, конечно, — Тон тихо засмеялась. — Сам увидишь, что получится. Знаешь, мне его жаль. Чисто но человечески.

— Знаешь, что я тебе скажу, Тон? Пусть Рауль был сукин сын... для меня. Но оставьте его в покое. Не надо его воссоздавать. Можешь считать меня полоумным, но я так считаю: лучшее, что можно сделать для Рауля — это помолиться за его душу...

— Может, ничего еще и не получится, — успокоила его Тон. — Знаешь, если Бог не хочет, чтобы кого-то вернули, ничего не выйдет. Когда Ренни работал в Саприи…

— Да, верно! — тут же оживился Ренни. — Факт. Родственники заказывают воссоздание, всё оплачено, мы бьемся — нет результата. Дауд всегда говорил — душа ушла. Поэтому не принимай слова Тон всерьез стопроцентно. Попробовать мы можем, но шансы — пятьдесят на пятьдесят.

Тон покивала. Потом добавила.

— У него, кстати, шанс есть. Сколько ему лет было, когда его… не стало? Чуть больше тридцати, судя по всему?

— Тридцать пять. С хвостиком... И мне всегда казалось, что он на том свете должен просто копытом землю рыть, глядя на мои деяния... Так что не надо, Тон. Не надо создавать нам предпосылки к новой смуте.

— Мы его вам не отдадим! — засмеялась Тон. — Какая смута!.. О чем ты!.. Пусть сидит на Окисте, выращивает овощи и искупает прошлые грехи…

— Ну хватит уже о нем, я вас прошу! Скажите лучше — как у вас с перспективами насчет Индиго?

— Судя по всему, сумеем доказать, что наше воздействие будет первым, — ответил Пятый. — Блин, какой у них дурацкий визуал, а!..

— Ага, — подтвердил Лин. — А если два рядом положить, то получается здоровенная задница…

— Короче говоря, есть шансы, что вы их вытурите?

— Есть шансы, что мы успеем понять, что можно сделать, — ответил Пятый. — Опять ты торопишься.

— Мы сами тоже торопимся, — вставил Лин. — В общем, мир, как мы и предположили, совершенно чокнутый, — он свернул визуал, поднялся, потянулся с наслаждением. — Сейчас это потихоньку стало доходить до Индиго.

— Отлично. И что дальше?

— В любом случае — зонирование. Без этого никак.

— Хорошо, вы отзонируете этот мир к себе... в вашу вишневую сетку... и дальше?..

— Не факт, что к себе. Но ты сможешь участвовать в экспансии в любом случае. Теперь это есть в договоре, — сказал Пятый, тоже сворачивая визуал. — Всё, хватит. Не могу больше! Двенадцать часов почти без перерыва, охренеешь!

— Какие права мне дает это участие? — спросил Нарелин.

— Да фактически всё, что ты хотел. В нашем случае — полный карт-бланш, конечно, без фанатизма и воздействий, но с рядом полномочий… прочтешь потом, как детектор разблокируется. Сат-онвэе обещает дать тебе область, в которой ты будешь творить, что хочешь, в разумных пределах, конечно.

— Четыре дня, — напомнил Лин. — И мне нужна ваша технология подмены тел. И главное — вы должны своевременно информировать меня о всех новостях и обо всех подробностях ситуации...

— Это всё пока неактуально, — отмахнулся Пятый. — Судя по тому, что мы сейчас видим… скорее всего, эти технологии просто не понадобятся.

— Да, — подтвердил Рыжий. — Почти на сто процентов уверен — не понадобятся.

Он встал, потянулся, прошелся по каюте.