Читаем Нарушая тишину полностью

— Не беспокойся, — доносится в ответ, — я не буду к тебе приставать.

Я растерянно хлопаю глазами. Что мне делать? Как поступить? Я не знаю, что меня ждет, если я соглашусь.

— Пойдем, — мужчина перемещает свои пальцы с моего телефона мне на локоть и, немного сжав, ведет к выходу. — Ты выглядишь испуганной. Что-то случилось?

Я молча киваю.

— И что же? — в голосе босса мелькает нетерпение.

— Лифт застрял, — мой ответ даже мне кажется скупым.

— Хм. Разве? Я ничего подобного не заметил, — задумчиво произносит Степан Геннадьевич, но, когда мы проходим стойку ресепшена, он останавливается возле нее.

— Михаил, скажи ребятам, чтобы лифт проверили. Там есть какая-то неисправность, — басит таким тоном, что мурашки по телу бегут.

— Конечно, Степан Геннадьевич, передам, — кивает администратор, при этом его взгляд направлен не на босса, а на меня. — Хорошего вечера, — желает Михаил вдогонку, когда мы вместе с мужчиной выходим из здания.

На улице моросит дождь. Бросаю короткий взгляд на затянутое тучами небо, ежусь.

К нам уже спешит водитель с раскрытым зонтом.

— Степан Геннадьевич! — подчиненный выставляет руку, защищая шефа от дождя.

— Не нужно, — босс отводит руку водителя в мою сторону, и зонт оказывается над моей головой. — Идите.

Мы подходим к машине. Степан Геннадьевич садится рядом со мной на заднее сиденье и отдает короткую команду:

— Поехали.

Водитель кивает. Мы выезжаем с парковки и направляемся в центр.

Проехав квартал, я оглядываюсь. За окном мелькают силуэты домов и деревьев, размытые каплями дождя.

— Ты молодец, Майя, — неожиданная похвала босса заставляет меня замереть на месте и залиться краской.

— Спасибо, Степан Геннадьевич. Я действительно старалась, — отвечаю ему.

— И это заметно. Мне действительно повезло с таким ассистентом, как ты. В наше время очень мало трудолюбивых людей. Они — на вес золота.

Мужчина меня хвалит, а я все больше заливаюсь краской. Это так приятно, что не передать словами.

— Хотелось бы мне, чтобы и Максим чем-то был на тебя похож, — дополняет свою речь босс, а мое сердце перестает биться. Мурашки от плеч по всей спине разбегаются, вызывая неприятную дрожь.

— Максим? — переспрашиваю и замираю в ожидании ответа.

Я неожиданно вспоминаю наш с боссом первый разговор, именно тогда он упоминал имя своего сына. И конечно же, встреча в лифте сразу всплывает в моей памяти в самых ярких красках.

— Да, — недовольно бурчит босс. — В Америку ехать хочет, а я не пускаю. Мал еще. Сосунок совсем. Только восемнадцать исполнилось. Бездарь. Каждый раз, как вижусь с ним, настроение только портится. Вот и сегодня…

И дальше для меня весь мир останавливается, сжимается до моих воспоминаний о встрече с Максимом. Я теперь смотрю на него немного иначе; да, я все так же вижу в нем мальчишку. Он молод. Амбициозен. Но теперь мне абсолютно ясно, почему он был так дерзок и нагл. Он просто не хочет ни от кого зависеть.

Возможно, как и я, он хочет всего достичь своим трудом. Но ему это будет сделать намного проще, нежели мне. У его папы, в отличие от моих родителей, есть много денег. А вот мне пришлось немало потрудиться.

— Возможно, вам стоит отпустить его, — отвечаю глухо, скорее себе самой.

Пальцы невольно касаются губ. Они еще помнят его поцелуй. Нежный, мягкий.

— Прости, что? — сквозь вату продирается голос босса.

— Что? — несколько раз часто моргаю, и силуэт мужчины становится четче.

— Ты говоришь, что нужно его отпустить. Почему? — с интересом смотрит на меня Степан Геннадьевич.

Я знаю, что мой ответ вряд ли изменит его отношения с сыном. Да и спрашивает он скорее из любопытства. Босс — взрослый человек. Состоятельный. Добившийся в своей жизни очень крутых вершин. И что такому мужчине до моего мнения?

Но раз он спросил, я решаю все же ответить:

— Возможно, вы недооцениваете своего сына или не доверяете ему. Восемнадцать — если вспомните — это тот возраст, когда ты полон сил, энергии, любознательности. Когда сердце горит огнем, а ты уверен в том, что любые трудности тебе по плечу. Ни одна гора не устоит перед тобой! Ты заберешься и покоришь любую вершину! — с энтузиазмом выдыхаю.

Мужчина молча наблюдает за мной все это время, а потом неожиданно ударяет себя по колену и начинает смеяться. Я в недоумении пялюсь на него. Он что, смеется надо мной? Я что-то сказала смешное?

Мне вдруг до слез становится обидно. Сжавшись на сиденье в комок, забиваюсь в уголок ближе к двери.

— Майя! Ты невероятна! Теперь я понимаю, почему ты мне так приглянулась, — Степан Геннадьевич кладет мне руку на колено, сжимает. Я каменею. Опять?!

Но босс, как будто не замечая моего состояния, достает из кармана айфон, набирает чей-то номер. Я слышу гудки.

— Да, — раздается из динамика (у босса хорошая слышимость), и я сразу узнаю голос Макса. Он точно парень из лифта.

— Макс, я выполню твою прихоть, — говорит Степан Геннадьевич деланно серьезно.

— Чего?! — настороженно отвечает его сын, и даже я вся вытягиваюсь на сиденье, прислушиваясь. — И что взамен?

Навостряю уши. Мне тоже любопытно, почему вдруг босс изменил свое решение.