«Коли на Казанскую (22-го октября, в день празднования Казанской иконе Божьей Матери), небо заплачет дождем, то и зима следом за ним пойдет!», — гласит народный опыт. «На Казанскую люди вдаль не ездят: выедешь на колесах, а приехать впору на полозьях!», «Ранняя зима и о Казанской на санках катается!» — приговаривают поговорки деревенские, вспоминаемые об эту пору. 26-е октября св. Димитрия Солунского за собою ведет: Дмитриев день — с его особыми приметами, поверьями и преданиями, идущими из глубины давних лет. За трое суток до скончанья октября-«назимника» стоят в изустном народном месяцеслове — «Ненилы-льняницы». В этот день (28-го) в старину бывали в Костромской и Тульской Руси «льняные смотрины»: выходили бабы и девки на улицы, выносили напоказ вытрепанный лен («опышки»). На следующие сутки память св. Анастасии-римлянки, овечьей заступницы («Настасеи-овчарницы», «Овчарь»): последняя стрижка овец по степным-южным местам. В этот день «овец грабят — пастухов кормят»: пекутся для пастушьего угощенья пироги с морковью да с капустой, а у иных тороватых хозяек-овцеводов и пиво варится. «Голой овцы не стригут!» — говорят на деревенской Руси, — говоря, приговаривают: «Овечку стригут, а другая эго ж себе жди-поджидай!», «Овца не помнит отца, а сено ей с ума нейдет!», «В чужом хлеву овец не считай, а своих береги!», «Волк — молодец на овец!», «Волк и больной овце не корысть!», «Не за то волка бьют, что сер, а за то — что овцу съел!», «Без пастуха и овцы — не стадо!», «Иной раз пастухи шалят, а на волка — помолвка!», «Пастухи — за чубы, а волки — за овец!», «Дешево волк в пастухи нанимается, да мир с ним намается!», «Худо, когда волк в пастухах живет, лиса — в птичницах, а свинья — в огородницах!»

Тридцатое число, предпоследний октябрьский день (память св. мучеников Зиновия и Зиновии) слывет в народе за праздник «зинек» (синичек). По преданию, эти зимние гостейки русской деревни слетаются на облюбованное место целыми стаями и веселятся, оглашая воздух своим пересвистом. «Не величка — птичка-синичка, а и та свой праздник помнит!» — говорят об этом; «За морем синичка не пышно жила, не пышно жила, (и то) пиво варивала!», «Немного зинька ест-пьет, а весело живет!», «И за зиньку-синичку, птичью сестричку, свои святые Богу молятся!» В этот же день — рыбачий праздник в Сибири («Юровая»): пьют на «юру» иртышские рыбаки — весело, гуляют перед отправлением на промысла за красной рыбою. В других местностях 30-е октября — праздник охотников, старающихся убить на него (если пороша выпадет) хоть зайца, считая полную неудачу дурной приметою для всей охотничьей поры. Недоброе сулит им, однако, и встретиться с волком в этот богатый поверьями день октября-«назимника».

XLII

Покров-зазимье

Первое октября, день праздника Покрова Пресвятой Богородицы, является в народном представлении межевым столбом между осенью и зимою. «До Покрова — осень, за Покровом — зима идет!» — говорят на Руси: «Покров — первое зазимье; Покров землю покроет — где листом, а где и снежком».

Представляя грань между ненастным и студеным временами года, первый назимний праздник знаменует собою в глазах хозяйственной деревни срок работ и наймов. С незапамятных пор вошло в обычай договариваться «от Покрова» и «до Покрова». И это имеет свои твердые основания, коренящиеся в самом быту народа-пахаря. К этому времени заканчиваются все работы в поле и на гумне, все заботы о хлебе, — выясняются все виды на предстоящую долгую зиму, хотя народ и оговаривается, как уже упоминалось выше, что «В октябре и мужик с лаптями, и изба с дровами, а все спорины мало!».

С Покрова начинают играть по деревням свадьбы. «Ох, ты, батюшка-октябрь», — кряхтит мужик, предчувствуя грозящие ему новые съедающие все добытое мужицким горбом во время летней страды зимние расходы, — «только и добра в тебе, что пивом взял!» Не таким приветом встречают наступление октября заневестившиеся девушки красные. Для них первое число этого заставляющего мужика «жить с оглядкой» месяца — заветный день, которого они ждут не дождутся в продолжение целого года.

«Батюшка-Покров, покрой ты Мать-Сыру-Землю и меня, молоду!» — причитают они, выходя поутру на крыльцо: «Бел снег землю покрывает: не меня ль, молоду, замуж снаряжает? Батюшка-Покров, покрой землю снежком, а меня женишком!» В других местах это причитание несколько видоизменяется, — вместо «батюшки-Покрова» заклинается «Мать-Покров».