Читаем Народная Русь полностью

Во времена барщины было в обычае на осеннего Никиту подносить боярам от каждой вотчины гуся с гусынею. Делали это выборные старики. Подносимая гусыня накрывалась красным платком; гусь подносился со льняной плетенкой на шее. Барская семья встречала челобитчиков в сенях и приказывала угостить их вином. Этот обычай соблюдался еще в 40-х — 50-х годах. По народному поверью, гусей стережет, ото всякого лиха оберегает Водяной. Памятуя об этом, еще в недавние времена считали гусехозяева необходимым «задобрить дедушку» в ночь под Никитин день. Для этого носили на реку нарочно откармливавшегося «жертвенного» гуся, отрубали здесь ему — с особым причетом — голову и, обезглавленного, бросали в воду, упрашивая речного хозяина принять подарок, не гневаться и не оставлять гусей береженьем на будущее время. Голова жертвенного гуся относилась на птичий двор, из опасения, чтобы Домовой, ведущий всему счет «по головам», не проведал о сделанном Водяному подарке и не прогневался бы, в свой черед, на это. С Никиты-осеннего начинают бить гусей на продажу. По селам-деревням принимаются об эту пору ездить барышники-торгаши — приглядываться к гусям, прицениваться. — «Все — гусь: были бы перья! Чайка — гусь и ворона — гусь!» — приговаривают они, сбивая цены один перед другим. «Гусей перебьем — все дыры (в хозяйстве) позаткнем!» — думается в это время продавцам; а случается порою и так, что мужик, доверившийся неутешительным вестям краснобая-торгаша, по пословице — «За курочку гуська отдаст (продешевит)». «Одним гусем поля не вытопчешь!», — оправдывает он свою торопливую доверчивость, — «Птице теленка не высидеть!» и т. д. На Никитин день примечают по гусям о предстоящей погоде. «Спросили бы гуся: не зябнут ли ноги?» — говорит деревня, уверяя, что гусь лапу поджимает — к стуже, стоит на одной ноге — к морозу, полощется в воде — к теплу, нос под крыло прячет — к ранней зиме. Дикие гуси с 15-го сентября свой гусепролет начинают: высоко летят — к дружному да высокому половодью вешнему, низко — к малой весенней воде.

Гусятник-Никита слывет в народе и «репорезом»: с него принимаются репу дергать в поле. «Уж видать мужика по репе, что подошли репорезы!» — говорится в деревенском быту: «Не дремли, баба, на репорезов день!», «Горох да репа — завидное дело: кто идет, всяк урвет!» и т. д. О репе есть немало загадок. Вот несколько наиболее метких из них: «В землю крошки — из земли лепешки!», «Сама клубочком, а хвост под себя!», «Сверху зелено, посередке толсто, под конец тонко!», «Кругла, да не девка; с хвостом, да не мышь!», «Шибу-брошу шибком — вырастет-повырастет дубком!». Через день после Никита-гусятника-репореза — «всесветныя бабьи имянины»: 17-е сентября, день памяти святых мучениц Веры, Надежды, Любви и матери их Софии. Народное слово отметило эти имена в прибаутках: «Бабушка Надежа, на чужое-то надейся, да свое паси!», «Надейся, Надежда, на добро, а жди — худа!», «Люба парню девка Любаша — к венцу, а не люба — к отцу!», «Хоть и Любовь, да не люба!», «И Вере не поверю, коли сам не увижу!», «Нет вернее Веры, когда спит!», «Не одна Софья по тебе сохнет, да все еще не высохла!»

18-го сентября — Иринин день. «Три Арины в году живут!» — говорит народ: «Арина — разрой-берега (16-го апреля), Арина-рассадница (5-го мая) да Арина — журавлиный лет (осенняя)». В день памяти последней — по старинной примете — «отсталой журавель за теплое море тянет». Если летят на Ирину журавли, то на Покров надо ждать первого мороза; а если не видно их в этот день, раньше Артемьева дня (20-го октября) не ударить ни одному морозу. Во многих деревнях Тульской и других смежных губерний посылают ребят за околицу — следить журавлей. Завидев стаю, детвора принимается выкликать: «Колесом дорога, колесом дорога!» Этот выклик, по словам старух, может заставить журавлей вернуться на болотину и тем задержать приближение заставляющей вспомнить о шубе да о печке зимней стужи. «За Ариною — Трофим», — гласит изустный простонародный дневник, прибавляя к этому: «На Трофима не проходит счастье мимо: куда Трофим — туда и оно за ним!» Потому-то и стараются заневестившиеся девушки красные пристальнее обыкновенного приглядываться к полюбившимся им парням — на Трофимовых вечорках. 19-го сентября, кроме святого мученика Трофима, вспоминается Церковью еще святой Зосима, соловецкий пустынник, один из покровителей пчелы-работницы (второй ее покровитель, св. Савватий, чествуется 27-го сентября). С молитвою к этому угоднику Божию принимаются пчеловоды за уборку в омшеники ульев в северной и средней полосе России; в южных губерниях оставляют ульи обдуваться ветерком на пчельнике до свята-Савватиева дня.