Читаем Народ и Родина полностью

Сама же борьба правоохранителей с терроризмом на протяжении 2000-х годов, ведение контртеррористических операций на Северном Кавказе – всё это закалило современные российские спецподразделения по ликвидации террористов в наше время, а сегодня спецназ и другие силовые структуры выполняют свою работу лучше, чем это было когда то на рубеже 90–2000 годов и об успехах современного спецназа России ещё будет говориться далее.

Но пока что вернёмся в период 90-х–2000-х годов. Тогда правоохранительные органы продолжали своё становление в современной России и продолжали вести свою борьбу с преступностью на разных направлениях. Как уже указывалось ранее, период 90-х годов отличился не только невиданным разгулом бандитизма, но и всеми другими существующими преступлениями. Правоохранителям приходилось вести работу и борьбу по всем фронтам, чтобы не допустить воцарения в стране полного коллапса и не дать разного рода преступникам руководить в государстве по-своему – с разорением и хаосом всей системы жизни России. Самым распространённым преступлением ещё считается финансовое – когда граждан обманывали, применяя манипуляции и вхождением в доверчивость, тем самым лишая их денежных средств. Сам период 90-х годов очень сильно ударил по судьбам российских граждан, а финансовые трудности были основной проблемой каждого гражданина страны, и поэтому каждый пытался найти для себя возможность получить дополнительную возможность получить хоть какой-либо заработок, чтобы содержать себя и кормить свою семью. И используя человеческие страдания и всенародную трудность в 90-е годы, различные финансовые махинаторы и спекулянты решили обогатиться на этом в свою пользу, наплевав на судьбы тысячи окружающих их соотечественников, проявив алчность. Так стали появляться «финансовые пирамиды» – системы обеспечения дохода членам структуры за счёт постоянного привлечения денежных средств новых участников: доход первым участникам пирамиды выплачивается за счёт средств последующих, но в большинстве случаев истинный источник получения дохода скрывается, вместо него декларируется вымышленный или малозначимый, и это является признаком мошенничества данной структуры. Это являются обычные финансовые компании, которые являются коммерческими или только показывают себя такими, применяющие систему финансовых пирамид для своего обогащения за счёт вкладчиков – граждан страны. Одной из первых таких пирамид в России с 1992 года стала компания «Русский дом Селенга» в Волгограде, за весь период существования с которой заключили контракт около 2,5 млн. человек, было вложено почти 3 триллиона неденоминированных рублей, но уже следственные органы в 1994 году нашли нарушения в их работе. В 1997 году компания объявила себя банкротом: в итоге миллионы людей остались без обещанных денег и без возможного возвращения их обратно, а виновные в этом руководители Александр Соломадин и Сергей Грузин приговорены к 9 лет колоний с конфискацией имущества. С 1993 года объявилась ещё одна организация – «Хопёр-Инвест», от которой пострадало около более 4 миллионов граждан, а некоторые её руководители, такие как Лия Константинова, в 1997 году были арестованы20. В 1993–1994 году в Московской области (Подольске) появилась «Властилина», но была закрыта уже в самом 1994 году за мошенничество, от которой пострадало около 16,5 тысяч граждан с общей суммой махинаций в 536,7 млрд. неденоминированных рублей: в 1999 году руководитель компании – Валентина Ивановна Соловьёва за мошенничество в особо крупных размерах была приговорена к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества. От ещё одного банка – «Чара», пострадали десятки тысяч вкладчиков, в том числе многие представители театральной и кинематографической элиты: в 1996 году Центробанк отобрал у «Чары» лицензию в связи с несоблюдением банком своих обязательств, а на тот момент пирамида уже должна была людям больше 130 миллиардов неденоминированных рублей. Сам виновник преступления Владимир Рачук был найден мёртвым, а Марина Францевая сбежала за границу: её все-таки арестовали в 2004 году, но по истечению срока давности не приговорили).