Читаем Народ, да! полностью

На старой кобыле,с ослом в поводуя еду в Монтануи стадо веду.Пасутся овечки,пьют воду в ручьях,а шерсть у них в клочьях,а спины в рубцах.Поищите, овечки,свежей травки клочок.Знаем мы, почем спичкии почем табачок!У Джонса две дочки,а песня одна.Удрали девчонки,скончалась жена.Без женки, без дочекБилл Джонс целый годс утра и до ночиту песню поет.Поищите, овечки,свежей травки клочок.Знаем мы, почем спичкии почем табачок!Когда я умру,оседлайте коняи крепко к седлупривяжите меня.По прерии конь мойпоскачет туда,на Запад, в края,что любил я всегда.Поищите, овечки,свежей травки клочок.Знаем мы, почем спичкии почем табачок!

Техасский Робин Гуд

Пересказ Н. Шерешевской



А вот вам история про знаменитого Сэма Бэсса, техасского Робин Гуда. И по сей день у ночных костров техасских ковбоев, на ранчо, в домах фермеров — повсюду рассказывают о его подвигах. Одни говорят, он был дурным человеком, коварнее змеи. Другие клянутся, что — хорошим. А кое-кто утверждает, что и таким, и сяким: когда дурным, а когда хорошим. Пожалуй, последние ближе к истине.

За голову Сэма Бэсса была назначена большая награда, неважно, привезут его живым или мертвым. И многие пытались схватить его.

Однажды один очень способный молодой человек, который называл себя сыщиком, решил заработать на этом кучу долларов. Он искал приключений и не сомневался, что поймает Сэма Бэсса, живого или мертвого. Для этого он отправился в техасское графство Стефенс, где этот разбойник со своей шайкой вел веселую, беззаконную жизнь. Он обошел уже немало холмов и лесов в поисках Сэма и его людей. И всегда на бедре его висел шестизарядный пистолет. Надежда поймать Бэсса не покидала его.

Как-то идя по дороге, он встретил легкую повозку, ею правил возница в шляпе, низко надвинутой на глаза. Это был не кто иной, как Сэм Бэсс. Он застыл на сиденье, точно луна в темном осеннем небе. На дне повозки под сеном было спрятано два шестизарядных пистолета. Лошадь трусила мелкой рысцой.

Увидев молодого человека, разбойник спросил:

— Далеко держишь путь, незнакомец?

— Да, как видно, не близко, — отвечал молодой сыщик.

— Подсаживайся в повозку! Четыре ноги у вола всё быстрей довезут, чем твои две.

Молодой человек подпрыгнул и сел на передок рядом с возницей.

— Видно, новичок в графстве Стефенс, да, приятель?

— Пару дней как приехал.

— За скотом или за лошадьми, по каким делам-то?

— Ни то, ни другое. За человеком! Сыщик я.

— Ого! Это, небось, чертовски интересно. А шестизарядка у тебя есть, чтоб изловить его, а? Я слышал, всем сыщикам полагается, работа такая.

— Попал в самую точку! Новехонький шестизарядный пистолет у меня всегда наготове. Дело-то предстоит трудное.

— Рыси воют, зверье разбегается! — заметил с усмешкой Сэм. — Можно подумать, ты играешь по большой?

— А то! Говорят, это самый отчаянный разбойник, на какого я выходил когда. Не люблю хвастать, но тебе скажу: я ищу Сэма Бэсса.

— Тю, тю, тю, да ты, я вижу, парень не промах. Что твой норный пес, натравленный на злюку тарантула. Не застряла б у тебя эта толстая кость в горле, юноша! Никак, ты сам напрашиваешься на беду?

— Знаю, что это крепкий орешек, но мы и не такие виды видали! Надеюсь, с Сэмом Бэссом я справлюсь.

— А как ты узнаешь его, коли встретишь?

— Ха, у меня глаз наметанный на преступников. Я их мигом распознаю. Я их нюхом чую.

— Сразу видно, ты сыщик с головой.

— Я молод, что так, то так, но из моих когтей еще ни одна дичь не вырвалась.

— А что ты, к примеру, сделаешь, если сцапаешь Сэма Бэсса?

— Он у меня станет послушный, как овечка, не то придется выносить его ногами вперед.

— Вот это мужской разговор! Правильно, долой страх! Что ж, юноша, могу помочь тебе, чтоб ты не искал больше Сэма Бэсса. Ибо ты сидишь с ним рядом.

И разбойник глянул сыщику прямо в лицо. Одной рукой он придерживал вожжи, а другой играл своим шестизарядным пистолетом, который вытащил из-под сиденья.

Молодой сыщик стал белее савана.

— Нн-нет… нет… мистер Бэсс, я не то хотел сказать. Я просто расхвастался. А у меня молодая жена и двое детишек… Я вам ничего такого не сделал… Клянусь…

Сэм Бэсс глядел на него, улыбаясь и вертя в руке пистолет.

У молодого человека даже язык прилип к гортани. Он не мог выдавить больше ни слова и был уверен, что вот и пришел его конец.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мы – славяне!
Мы – славяне!

Мария Семёнова – автор знаменитого романа «Волкодав» и множества других исторических и приключенческих книг – увлекательно и доступно рассказывает о древних славянах. Это не научная книга в том понимании, какое обычно содержит в себе любое серьёзное исследование, а живое и очень пристрастное повествование автора, открывшего для себя удивительный мир Древней Руси с его верованиями, обрядами, обычаями, бытом… Читатели совершат интереснейший экскурс в прошлое нашей Родины, узнают о жизни своих далёких предков, о том, кому они поклонялись, кого любили и ненавидели, как умели постоять за себя и свой род на поле брани. Немало страниц посвящено тому, как и во что одевались славяне, какие украшения носили, каким оружием владели. Без преувеличения книгу Марии Семёновой можно назвать малой энциклопедией древних славян. Издание содержит более 300 иллюстраций, созданных на основе этнографического материала.

Мария Васильевна Семенова

Культурология / История / Энциклопедии / Мифы. Легенды. Эпос / Словари и Энциклопедии / Древние книги
Японская мифология. Энциклопедия
Японская мифология. Энциклопедия

До XVI века Европа и не подозревала о существовании Страны восходящего солнца. Впрочем, «открытие» Японии оказалось кратковременным: уже в начале XVII столетия немногочисленные европейцы были изгнаны с островов, а сама Япония вступила в период «блистательной изоляции», замкнувшись в собственных границах. Географическая и культурная отдаленность Японии привела к возникновению того самого феномена, который сегодня довольно расплывчато именуется «японским менталитетом».Одним из проявлений этого феномена является японская мифология — уникальная система мифологического мировоззрения, этот странный, ни на что не похожий мир. Японский мир зачаровывает, японский миф вовлекает в круг идей и сюжетов, принадлежащих, кажется, иному измерению (настолько они не привычны) — и все же представимых и постижимых.Познаваемая в мифах, в этой сокровищнице «национального духа», Япония становится для нас ближе и понятнее.

Наталия Иосифовна Ильина , Н. Ильина

Энциклопедии / Мифы. Легенды. Эпос / Словари и Энциклопедии / Древние книги