Читаем Народ, да! полностью

Все решили, что дело сделано. Но не тут-то было. Кит стал быстро уплывать, и вот почему: оказывается, Будет Буря перестарался и бросил гарпун со слишком большой силой. Вот гарпун и прошил кита насквозь и продолжал тянуть за собой линь, словно иголка нитку.

После этой неудачи Будет Буря уже много осторожней забрасывал гарпун и никогда больше не давал такой промашки. А шлюпку он тоже приспособил — ему наливали в нее похлебку из акульего мяса, приправленную китовым жиром.

В очередное плавание Будет Буря выходил каждый раз на новом судне, потому что ему прежнее было уже тесновато. Но вот настал день, когда он не нашел достаточно большого судна, и пришлось ему остаться на берегу. Это был для него страшный удар. Будет Буря долго горевал и, чтобы утешиться, завел себе ферму.

Но разве это утешение? Ни бурь, ни штормов. Он мог с легкостью тянуть плуг один вместо упряжки из восьми волов. Ну и что? Разве это сравнится с работой на море, когда он один тянул судно против ураганного ветра?

Однажды Будет Буря услышал, что строится новое судно, больше всех, какие были раньше, и называться оно будет «Боевой Конь».

Вскоре судно это было готово. Белее морской пены, оно стояло на рейде недалеко от Бостона, ожидая, когда его оснастят и вооружат парусами. Шить паруса для него пригласили лучших мастеров. А полотнища для них потребовались такие длинные, что протянулись бы от Новой Англии до пустыни Сахары.

Когда «Боевой Конь» оделся парусами, Будет Буря первым взошел на его борт, после капитана, разумеется. И отправился осматривать судно. Начал он с носа — это было ранним утром в понедельник — и закончил свой беглый осмотр после полудня в среду на корме. По дороге он насчитал семнадцать мачт, таких высоких, что кончика их он так и не разглядел, но их можно было складывать — так уж они были устроены, а иначе они мешали бы луне, когда судно проплывало под ней.

На тех местах, где обычно полагается висеть спасательным шлюпкам, были принайтованы парусные шхуны нормальной величины. Это было очень удобно с двух точек зрения, как объяснил капитан. Во-первых, они могли нести спасательную службу, а во-вторых — перевозить груз с «Боевого Коня» на берег и обратно, ибо «Боевой Конь» был так велик, что не помещался ни в одном порту мира и останавливался на рейде в открытом море.

Но самым удивительным оказалась конюшня.

Да, да, конюшня с лошадьми. И находилась она на полуюте. Будет Буря сроду такого не видывал. Однако, проделав путешествие по кораблю, он догадался, зачем они. Без лошадей матросы бы просто не справились, когда надо было быстро обойти-объехать длинную палубу.

Будет Буря остался очень доволен осмотром «Боевого Коня». Наконец-то нашлось судно как раз по нем.

Настало время выходить в первое плавание. Выбрали якорь величиной с Черную Гору, и 719 матросов взлетели на реи, чтобы поднять паруса.

Спустя неделю, как судно находилось в плавании, Будет Буря стал тревожиться о судьбе команды. К столу являлось лишь 193 матроса, а остальные не успевали за обеденный перерыв спуститься с рей, и Будет Буря боялся, как бы они не умерли там с голоду.

Но капитан успокоил его. Он сказал, что на каждой мачте есть свой камбуз, где готовят обед, ужин и завтрак. Мало того, там есть не только столы, но и койки. Вот это судно! Было чем гордиться, и Будет Буря гордился. Он даже соглашался иногда постоять у штурвала, а когда его вахта кончалась, его сменяло двадцать семь матросов класса АБ.

Словом, Будет Буря был всем доволен, кроме одного: «Боевой Конь» оказался слишком остойчив и ни один самый бешеный ураган не в силах был вызвать милую его сердцу качку, ни бортовую, ни килевую, вот досада!

Но однажды налетел трижды бешеный ураган, он дул в хвост и в гриву и загнал «Боевого Коня» ни больше ни меньше, как прямиком в Северное море, как раз между Англией и Норвегией. Но и там не желал оставить его в покое. Единственный путь вернуться в Атлантику был через Английский канал, или, как его чаще называют, Ла-Манш.

Капитан поставил к штурвалу своего лучшего матроса на судне, и все-таки тревога не отпускала его. Сумеет ли Будет Буря провести огромный белый корабль через узкий пролив между Францией и Англией? Удастся ли им проскользнуть?

Будет Буря заверил капитана, что проскользнут, если все 719 матросов команды примутся намыливать бока «Боевому Коню». Капитан отдал приказ, и матросы взялись за дело. И мыло помогло! «Боевой Конь» с легкостью проскользнул через узкий Ла-Манш, лишь слегка задев отвесные скалы у Дувра. Потому-то берега южной Англии у Дувра остались белыми и поныне.

Когда «Боевой Конь» вышел в открытый океан, тут уж ураган воистину показал св: ой норов. Он вдруг подул в обратную сторону и прогнал «Боевого Коня» через весь Атлантический океан и дальше через Саргассово море, где сроду не гуляли никакие ветры.

Будет Буря очень осторожно провел судно мимо Флориды и Кубы, а ураган все не отставал, он преследовал их буквально по пятам. «Боевой Конь» уже пересек Мексиканский залив, и за горизонтом Будет Буря различил зеленые джунгли Панамы.