Склоняет он голову, думает: все пропал – не видать мне теперь ни вина, ни девок крестьянских. И тут взгляд его падает под королевскую кровать: а там горшок ночной, куда король нужду свою естественную справляет. И уж очень похож он на описание чаши Грааля, которое рыцарь в умной книге в монастыре прочел. Приглядывается получше: так и есть! Он, Грааль родимый. Рыцарь веселеет. Бережет его судьба рыцарская от лютой смерти, бережет.

 Да, говорит, нашел. Вот он – и показывает на королевский ночной горшок.

 Где? Король аж места себе не находит. Да под кроватью, отвечает рыцарь. Король в недоумении. Головой вертит. Где? Где? Потом лезет под кровать, достает горшок. При свете рыцарь видит, что так и есть: чаша Святого Грааля, как в книге и описана, все так и есть. Слава богу, думает.

 А король глаза пучит. Так это ж мой ночной горшок!

 Но по описанию – вылитая чаша Грааля, делает контрвыпад рыцарь.

 А ты ничего не напутал? - спрашивает король. Перепил, может? И строго так смотрит.

 Нет, говорит, рыцарь – так она и в книге умной, что хранится в досточтимом монастыре по ту сторону гнилого болота, что в страшном лесу лежит, написано.

 Король хмурится. Одно дело войти в историю, как человек, нашедший чашу с кровью христовой, а другое – как дурак, превративший ее в ночной горшок. Не соответствуют исторической конъюнктуре такие находки. И понимает, что все это время испражнялся в Грааль.

 Дело деликатное – и не дай бог, будет предано огласке. Тут уж и мятежом может запахнуть. И принимает он единственно верное решение: нет никакого Грааля, и никогда не было. Причудились все эти поиски в пьяном бреду. Не ездил рыцарь ни в какой поход за чашей с кровью христовой – померещилось ему после обильных возлияний. А для верности рыцарю все же голову велит отрубить. Что незамедлительно и приводится в исполнение. Такие дела.

 На том и сказке конец. А мораль тут такова: не гадь, куда ни попадя, – перед людьми краснеть не придется. 

***

 Моя личная трагедия заключена в том, что я зачастую не понимаю, чего хочу. Лично для меня это чревато бесконечным плутанием по ведущим никуда дорогам, столкновением с такими же заплутавшими людьми, осознанием и почти физическим ощущением растущего день ото дня мирового хаоса. Это лично для меня. Но когда таких, как я, – сотни, это уже поколение.

Откровение. (Глава 17)

«Не думай, чтобы недоумение перед смыслом человеческой

жизни и непонимание его представляло что-либо возвышенное

и трагическое. Недоумение человека, непонимающего,

что делается, и суетящегося среди занятых людей,

представляет не нечто возвышенное и трагическое,

а нечто смешное, глупое и жалкое».

Лев Толстой

 Да уж, чувствовал я себя, мягко говоря, неважно. Три дня запоя еще никому не шли на пользу. С работы я отпросился до конца недели, сказав, что заболел – и тут практически не соврал.

 Не то, чтобы у меня что-то конкретно болело, но состояние было такое – врагу не пожелаешь. Возможно, это билась в судорогах и конвульсиях заключенная в отравленный организм загадочная русская душа.

 Чтобы как-то выйти из этого состояния, каждое утро приходилось снова пить. Это немного приводило в чувство – похмелье отступало, но только для того, чтобы вернуться на следующее утро тем же скверным состоянием тела и духа. Похоже, с печенью придется скоро распрощаться…

 Печень… Перед тем, как я умру, я завещаю свою печень какому-нибудь медицинскому институту. Думаю, в банке со спиртом она будет чувствовать себя еще лучше, чем душа, которая отправится в рай. Так я пытался думать. Но зеленый осьминог страха обвивал меня своими щупальцами все плотнее…

 Каждому свой крест. Каждому свое блядское существование. Каждый сдохнет как герой. С каждым днем я ощущал неотвратимость смерти все сильнее. Этому миру суждено умереть в корчах и муках…

 Нужно было попытаться бросить пить, остановиться… Я пробовал думать об этом. НО! Я много раз бросал пить, так часто это умеют делать только закоренелые пьяницы…

 Спас – никогда бы не подумал – Псих. Хотя спас ли?.. Но этот вопрос носил уже метафизический характер.

 Псих позвонил мне днем, когда злое солнце сверлило дырку в моей голове, и позвал вечером на концерт. Бесплатный. Это был шанс. Я спустился вниз в магазин, взял бутылку джина и принялся ждать.

 Ожидание могло бы длиться вечность, но джин помог. Каким-то непостижимым образом он сумел разорвать спираль времени и переместил меня на нужное количество часов вперед. Приблизился вечер, солнце сдало свои позиции, и я тихо злорадствовал, зная, что ему осталось не так уж долго. Ночь – вот время, которое я любил и люблю.

 Часов в семь, начале восьмого я выдвинулся из дома. Соображал я к тому времени плохо, но соображал. Главное – задать вектор, а дальше ноги вынесут. Если вы все еще в состоянии ходить, конечно.