Читаем Наркомы страха полностью

Все перечисленные в письме Серова сотрудники МГБ из числа «старых чекистских кадров» были выдвиженцами Берии. Абакумов действительно постепенно выжил их из своего министерства. Генерал-лейтенант Павел Васильевич Федотов, занимавший пост заместителя министра госбезопасности, в 1947 году стал заместителем председателя новосозданного Комитета информации. Правда, он перешел туда вместе со своим Первым Главным управлением, ведавшим разведкой. Но, я думаю, Абакумов не случайно вскоре после прихода в МГБ переместил Федотова из Второго Главного управления (контрразведка) в Первое. Вероятно, Виктор Семенович знал о предстоящей реорганизации разведорганов и поспешил избавиться от нежелательного сотрудника. Генерал-полковник Сергей Николаевич Круглов — преемник Берии на посту наркома внутренних дел — оставался на ножах с новым министром госбезопасности, и Абакумов в конце концов с одобрения Сталина добился передачи из МВД в МГБ основных подразделений, решающих оперативные вопросы. Генерал-лейтенант Павел Яковлевич Мешик, бывший начальник Экономического управления НКВД, уже в августе 1945-го перешел заместителем к Берии в Первое Главное управление Совмина и рабочего контакта с Абакумовым в дальнейшем так и не установил. Генерал-лейтенанта Соломона Рафаиловича Мильштейна Абакумов сплавил из начальников Транспортного управления МГБ в МПС начальником Казанской железной дороги. А генерал-лейтенант Арсений Нарикиевич Рапава в январе 1948 года лишился поста министра госбезопасности Грузии, возглавив куда менее престижное Министерство юстиции. Это произошло после того, как люди Абакумова раскопали сведения, что его брат Константин в плену сотрудничал с немцами.

Сталин учел жалобу Серова на передачу в ведение МГБ московских регулировщиков. Иосиф Виссарионович, очевидно, рассудил, что держать в ведомстве Абакумова только их одних действительно нелепо, и решил передать туда всю милицию. В октябре 1949 года Главное управление милиции было переведено в МГБ. Еще раньше, в январе 1947 года, там оказалось и Главное управление внутренних войск. А 21 июля 1950 года в МГБ перешло Главное управление по оперативному розыску (борьба с бандитизмом). Таким образом, под началом министра госбезопасности были сосредоточены практически все органы, занимавшиеся борьбой с преступностью, как политической, так и уголовной. Возможно, Сталин готовил новую волну террора и собирался, в частности, классифицировать уголовный бандитизм как политический, с применением к уголовникам-рецидивистам смертной казни.

Справедливо ли Серов обвинял Абакумова в недостаточно активной работе? С одной стороны, сажал он довольно много. С 1947 года пошли так называемые «повторники» — ранее освобожденных троцкистов, меньшевиков и прочих «контрреволюционеров» снова арестовывали и сажали в лагеря. ГУЛАГ пополнился также депортированными из Западной Украины и Прибалтики, заподозренными в связях с бандеровцами и «лесными братьями». Но Серов, когда утверждал, что некоторые райотделы МГБ за год не арестовали ни одного шпиона, имел в виду, разумеется, не эти категории «врагов народа», а настоящих шпионов, которые, по мнению Ивана Александровича, непременно должны были оказаться среди послевоенных репатриантов. Успехами на этом фронте Абакумов как будто похвастать не мог. Во всяком случае, ни одного громкого шпионского разоблачения в бытность его главой МГБ так и не последовало. А ведь достоверно известно, что немцы во время войны имели несколько ценных агентов в советском тылу, от которых поступала важная информация. О степени активности американской и английской разведки в СССР в первые послевоенные годы сведений до сих пор нет. Можно предположить, однако, что какая-то агентура была внедрена Интеллидженс сервис и ЦРУ вместе с вернувшимися из Германии и других стран Западной Европы военнопленными и перемещенными лицами, а также добровольно возвратившимися из Франции эмигрантами.

Не мог Абакумов похвастать и особо впечатляющими успехами на ниве борьбы с антисоветскими партизанами в Прибалтике и на Западной Украине, что не преминул отметить Серов в письме Сталину. Несмотря на колоссальное неравенство в силах, ликвидация повстанческого движения на Западной Украине и в Литве затянулась до осени 1953 года, когда руководители Украинской повстанческой армии и Литовской освободительной армии решили прекратить открытое вооруженное сопротивление.

Конфликт Серова и Абакумова в 1948 году завершился боевой ничьей. Оба остались на своих постах. Как я уже говорил, Сталин вскоре передал в МГБ основные оперативные подразделения МВД, так что Абакумов в какой-то момент даже мог считать себя победителем. Но Иосиф Виссарионович внимательно прислушался и к доносу Серова. Три с половиной года спустя Виктор Семенович жестоко поплатился за недостаточную активность в искоренении шпионов и террористов.