Читаем Нареченные полностью

У меня участилось сердцебиение, и тут же застучала дверная ручка неподалеку от нас. Калеб погладил мою руку. Мне не хватало воздуха, и я глубоко вдохнула. Калеб обнял меня обеими руками, я ткнулась лицом в его теплую, знакомо пахнущую шею, и по всему телу растеклось чувство покоя. Он поцеловал меня в лоб и прижал ладонь к щеке. Я посмотрела на него, и он покачал головой: нет.

– Ни в коем случае. Ты этого не сделаешь. Ты не будешь изображать из себя жертву. Я здесь, и мы не дадим тебя в обиду.

– Но все вокруг рушится. Я даже не знаю ее, а ей угрожали из-за меня.

– Мы разберемся. Отошлем ее куда-нибудь на время, чтобы с ней ничего не случилось. На всякий случай.

– А как быть со всеми другими? Каждый раз, когда я подумаю, что у нас есть несколько минут передышки, как что-то происходит. Не знаю, как справиться с этим.

– Ты справишься. Посмотри, через что мы прошли. Мы же никуда не делись.

Я покачала головой, не находя слов. Услышав шаги, я повернулась к Амбер и увидела, что она направляется к выходу. Калеб с проворством, какого я у него раньше не замечала, успел схватить ее за запястье. Быстрота была нечеловеческая, и это заставило меня задуматься, но он не проявил желания вступить в мысленную беседу.

– Погоди, Амбер, войди в дом. Мы тебе поможем.

– Как вы поможете? – спросила она. Калеб втащил ее в дом, и мы все прошли в гостиную.

– У тебя есть родные, у которых ты могла бы пожить, но только не здесь?

– У меня есть тетя в Цинциннати.

– Замечательно. Я сделаю несколько звонков, а ты соберешь свои вещи, заберешь семью, сядешь на самолет и какое-то время погостишь у тети, хорошо?

Амбер посмотрела на него недоверчиво и ошеломленно.

– Почему ты хочешь помочь мне после того, что я сделала?

– Ты защищала свою семью. – Калеб оглянулся на меня и сжал мою руку. – Я знаю, что это такое.

– Прости. Я действительно защищала их, – проговорила она.

– Мы знаем. Просто чуточку посиди, не дергаясь. Иди приляг. Здесь ты в безопасности.

Она кивнула и свернулась на кресле, как ребенок.

– Ну и что мы будем делать? – спросила я почти в истерике, когда Калеб закрыл дверь. – Ведь кто угодно мог прийти за моей кровью. Сайкс объявил вознаграждение, и, наверное, найдутся люди, которые захотят его получить.

– Значит, так. Они полагают, что мы сей же момент соберем чемоданы и уедем, а мы поступим наоборот. Останемся и уедем немного позже, как и планировали.

– Ну да… ты, скорее всего, прав, – выдавила я из себя.

Калеб принялся звонить по телефону. Он сделал все, как обещал Амбер, и пошел будить ее. Велел ей позвонить отцу, попросить его собрать кое-какие вещи и приехать за ней. Ее отец согласился не сразу. В конце концов Калебу пришлось взять трубку и самому серьезно поговорить с ним. Тот приехал быстро, минут через десять, и Калеб дал Амбер немного денег.

– Никому не говори, где ты. Просто уезжай и некоторое время не возвращайся.

– Спасибо, – она, хлюпнув носом, посмотрела на меня. – Прости меня.

– Ничего, удачи тебе.

Она кивнула и ушла. Мы оба выдохнули, будто решили какую-то задачу.

– Так что теперь будем делать? – повторила я свой вопрос.

– Вообще-то я не совсем представляю, что мы будем делать, но в данную минуту я хочу приготовить завтрак.

Я пошла за ним на кухню в полной уверенности, что не так поняла.

– Ты готовишь завтрак?

– Ну да. Нам всем надо поесть, а мне уже нет смысла снова заваливаться спать.

– Но… разве нам не нужно… – я вздохнула и потерянно положила руки на стойку бара.

– Пойди сюда. – Я медленно обошла стойку, приблизившись к Калебу. Он мягко обхватил мое запястье, провел по коже большим пальцем, и я снова вздохнула. На этот раз с облегчением. – Помоги-ка мне, я отвлеку тебя.

– И что мы сделаем? – поинтересовалась я, согласная на все.

– Тетя оставила здесь рецепт киша[3]. Это так вкусно, что позабудешь обо всем на свете.

Я посмотрела ему прямо в лицо. В его голубых глазах было столько готовности сделать все ради моего покоя и безопасности. Как же мне повезло!

– Это мне повезло, – пробормотал Калеб и поцеловал меня в лоб. Он не сразу оторвался, и я поняла, что он сделал это не для меня, а для себя. Ему требовалось почувствовать меня своей кожей, чтобы успокоить гнев и тревогу. – Ты что хочешь – нарезать грибы или взбить яйца?

– Грибы, – я потянулась поцеловать его в ямочку на подбородке, а потом подбежала к холодильнику.