Лариса Рубальская

Напрасные слова

Я люблю выступать

(фрагмент автобиографической прозы )

Я люблю выступать.

Стою на сцене, читаю стихи, рассказываю свои нехитрые истории и удивляюсь.

Как замечательно люди слушают! Особенно женщины. Мужья-то их поначалу сидят с обиженными лицами их привели на аркане. Но я уже знаю, что минут через десять их лица потеплеют и сердиться на жен они перестанут.

Мне бывает неловко стоять перед людьми на возвышении. Сцена мешает моему принципу – не возвеличиваться. Но ведь если встать вровень с залом, то сзади никто ничего не увидит и не услышит.

Кстати, насчет «увидит».

Я все время мечтаю похудеть, но никак не удается. А дочка моего брата Светка однажды поставила мою мятущуюся по этому поводу душу на место. Она сказала: «Худеть и не думай. Так ты выходишь на сцену, и тебя с последнего ряда замечательно видно. А похудеешь – и тебя с первого нужно будет в бинокль разглядывать».

Я подумала – Светка права.

Однажды я, как обычно, почитав стихи, отвечала на вопросы зала. И вдруг одна женщина встает и говорит: «Вас, Лариса, надо каждый день но телевизору показывать».

Я засмеялась: «Зачем же? Я же немолодая, некрасивая, толстая».

А женщина в ответ произнесла речь, которую я теперь часто пересказываю. Речь была такая: «Вот именно, Ларисочка! Вы подумайте сами! Если показывают только молодых, немолодые расстраиваются. Если только красивых – некрасивые переживают. А если только худеньких – толстым обидно. А так вы немолодая, некрасивая, толстая – всем на душе хорошо».

Вопросы из зала бывают разные. И хоть я всегда в шутку предлагаю рассказать про наших звезд – кто, с кем, когда и от кого, никто этих вопросов, как правило, не задает. А чаще всего говорят: «Почитайте еще» или «Расскажите о себе».

Рассказываю.

Родилась я сразу после войны в Москве, в Грохольском переулке. Во дворе у нас было бомбоубежище. И, если на его крышу забраться, можно было через забор совершенно бесплатно смотреть трофейные фильмы, которые показывали в летнем кинотеатре «Перекоп». Фильм «Тарзан» мы всем двором смотрели раз двадцать.

Звали мы друг дружку не по именам, а по прозвищам – Дыня, Каштан, Воробей.

Меня, естественно, – Рубала. И вот совсем недавно иду я по улице, около меня останавливается «мерседес», и выходит из него солидный дядька. Я смотрю – Огурец из нашего двора. Как его звали-то, господи? А он ко мне подходит и говорит: «Привет, Рубала!» А я ему: «Здорово, Огурец!» И мы с ним замечательно поболтали, повспоминали наш двор и всех, кто там жил.

Часто журналисты спрашивают меня: «Когда вы почувствовали себя знаменитой?»

Если честно – никогда. У меня нет такого ощущения. Но был один особенный день – когда Малинин получил в Юрмале Гран-при. И на гала-концерте впервые исполнил наш с Давидом Тухмановым романс «Напрасные слова». Зрители так аплодировали, так кричали «браво», что я от радости не знала, куда деваться. А через два дня Малинин уже пел романс в очень тогда популярной передаче «До и после полуночи» – «Напрасные слова – виньетка ложной сути…»

И меня стали знать – по имени и фамилии. Особенно всех зацепила «виньетка ложной сути». И с тех пор меня все время спрашивают – а что это такое?

А это вот что.

Опять вернемся в наш послевоенный двор.

Жили мы все тогда непросто. Самым вкусным, что только может быть на свете, был хлеб с шоколадным маслом. Одеты мы все были бедно – в перешитые и перелицованные вещички… Интересно, сегодняшняя ребятня догадается, что это такое – перелицованные?