Читаем Наномашина. Том 1 полностью

Ёун понял, что набраться опыта будет совсем не простой задачкой, и решил действовать постепенно, поставив первую цель. Однако было кое-что, о чем он не знал. Нано выстроила симуляцию таким образом, что созданному на основе данных о стиле боя Мугыма аватару были известны все приемы Ёуна: Танец Бабочки и стиль владения клинками мастера Чана. А ведь знание техник противника – один из решающих факторов, от которых зависит исход боя. Более того, Ёун уставал все больше и больше с каждым раундом, а аватар обладал бесконечным запасом энергии. Победить хотя бы раз такого неутомимого противника было свидетельством немалого таланта и серьезных умений.

Восьмая команда оживленно болтала, наслаждаясь отсутствием строгого командира Мугыма, в присутствии которого все ходили по струнке. Однако, когда Ёун вошел в их комнату в первом корпусе, ребята притихли. Слышались только перешептывания: «он вернулся», «этот парень тут», «погляди, на нем ни царапины».

Оглядев сокомандников, Ёун понял, что шестерки Мугыма успели рассказать о том, чем закончилась драка. Поражение принца – это первый случай, когда пошатнулся доселе непоколебимый статус Третьего, который авторитетом представителя сильнейшего клана и собственной силой держал в ежовых рукавицах всю группу. По Академии ходило множество слухов о принце-бастарде, и у ребят из восьмой команды сложились определенные представления о нем. Та смута, которую он навел в первый же день попадания в команду, показала новую сторону Ёуна и заставила ребят пересмотреть мнение о нем. Но страх перед могущественным кланом Скрытого Удара был по-прежнему силен, и ученики не спешили начинать разговоры с Седьмым.

Ёун прошел через всю комнату. Кадеты молча расступались перед ним. Такое с парнем случилось впервые. До поступления в Академию он избегал лишний раз выйти на улицу, потому что не хотел чувствовать на себе презрительные или, наоборот, сочувственные взгляды. Но сейчас окружающие на него смотрели по-новому. «Неужели так ощущают себя те, кто сильнее других?» – удивился Ёун. Никто не смотрел на него как на слабака. Парню стало смешно: стоило подраться всего лишь с одним наследником сильного клана, и отношение к нему уже разительно изменилось. Однако сокомандники всё еще трепетали перед Мугымом, которого сейчас даже не было в комнате, и боялись заговорить с Седьмым.

Парень не понимал, какая кровать его. Пока он растерянно оглядывал койки, кто-то аккуратно подошел сзади. Обернувшись, Ёун увидел Двадцать Третьего в синей головной повязке, которую он носил после неудачного покушения. Кадет, трепеща от почтения, вытянул обе руки в сторону одной из кроватей.

– Это ваше место, принц.

– Вот как?

После того, что произошло в лазарете, Двадцать Третий обращался к Ёуну как к королю. Заметив это, остальные ученики были озадачены странным поведением товарища. Неведомая им причина такого почтения была проста: кадет решил сыграть в лотерею с судьбой. Ему было нечего терять. Он согласился напасть на Седьмого потому, что Мугым посулил поддержку его слабого клана. Когда наследник Скрытого Удара узнал о неудаче, то просто избил парня на глазах у всех. Правду говорят: если на охоте на зайца добычу не поймают, то съедят хотя бы охотничью собаку.

После того как Мугым жестоко обошелся с Двадцать Третьим, кадет возненавидел его. «Чертов дурак! Ему повезло родиться наследником, и все!» – гневно думал он. Командир восьмой группы только подливал масла в огонь, каждый день осыпая кадета угрозами: мол, только выйдет Мугым из Академии – и раздавит его клан, словно жуков.

Пару часов назад Двадцать Третий увидел, что наследник Скрытого Удара проиграл битву и серьезно ранен, и принял решение. Он был уверен, что Мугым будет отравлять ему жизнь до конца, поэтому, сделав ставку на Ёуна, он уже ничего не потеряет. Кадет решил поддерживать Седьмого в битве за престол, которая уже развернулась в стенах Академии.

Двадцать Третий принял решение еще до того, как Ёун вошел в комнату, поэтому сразу подошел к нему, выражая уважение. Для кадета было совершенно естественным выбрать лидера и почитать его как короля, поэтому угождать новому господину он принялся с первых минут.

– Ты себя ведешь не так, как раньше, – отметил Ёун, от которого, конечно, не скрылась столь разительная перемена. При первой встрече Двадцать Третий смотрел на него с гневом и презрением, а сейчас в его взгляде не было ничего, кроме преданности.

– Тебе от меня что-то надо?

Двадцать Третий на мгновение замер, словно борясь с последними сомнениями, и рухнул на колени перед Ёуном по центру комнаты. Вся команда наблюдала за тем, как он вскинул руки в умоляющем жесте.

– Я, Хобон, учащийся под номером двадцать три, выбираю вас, принц, своим господином!

Кадеты зашептались, шокированные внезапной клятвой верности посреди комнаты общежития. Ёун, которому и принесли эту клятву, был не менее озадачен. Конечно, он хотел обладать такой же властью, какой располагали остальные наследники. Но парень был уверен, что его время еще не пришло, и был поражен столь стремительным развитием событий.