Читаем Намедни. Наша эра - 1938 полностью

Намедни. Наша Эра

Леонид Парфенов

Том «1931-1940»

https://namednibook.ru/volumes/1931-1940/

Журналист Леонид Парфенов

Автор телепроектов «Намедни» и «Российская империя». Пятикратный лауреат ТЭФИ.

В настоящее время выпускает тома «Намедни. Наша эра», описывающие исторические явления по десятилетиям, и снимает документальные фильмы («Зворыкин-Муромец», «Глаз божий», «Цвет нации», «Русские евреи»).

Из советского времени, воспринимаемого «своим» гораздо лучше дореволюционного, 1930-е — самые давние годы. Действительно «античный» СССР, от которого все пошло. Огосударствление любых сторон жизни, вождь, именем которого называют эпоху, принуждение населения к разным ударным кампаниям, назначаемые герои и злодеи, новое строительство старой империи. Это потом по-разному повторится снова и снова — каждый раз с оглядкой на «античный» образец. И даже признавая: тогда творились ложь и насилие — оттуда будут вести отсчет «нашего славного прошлого».

Для автора 1930-е с детства жили в разговорах взрослых. «Помню, до войны» — начинали тогда речь люди зрелых лет. В глубинке еще и в 1960-х заводились патефоны с пластинками на 78 оборотов в минуту. Пенсионеры не признавали электрических утюгов — только нагреваемые на плите чугунные. У бабушки-учительницы в старой методичке чернел заштрихованный портрет, но подпись сохранилась: «А.С. Бубнов» — репрессированный нарком просвещения РСФСР. Про своего отца, в 1931-м раскулаченного, а в 1937-м расстрелянного, бабушка повторяла: ведь ничего за ним не было и быть не могло! Подозревала бывших соседей по деревне Ёрга — может, они в НКВД написали. Документы по обоим делам прадеда стали доступны в 2000-х. Доносчики там не указаны.

Восьмой по счету том «Намедни» выходит в год 100-летия Октябрьской революции. Как отмечать юбилей, да и чем вообще был СССР в отечественной истории? — все еще дебатируемые вопросы. Советскому периоду посвящена бо́льшая часть этого проекта. Чтобы относиться — давайте осваивать.

1938

«Александр Невский»

Аншлюс Австрии

Берия

Бои у озера Хасан

Дачи

«Если завтра война»

Герой Социалистического Труда

«Катюша»

Краткий курс истории ВКП(б)

Мюнхенское соглашение

Станция «Северный полюс». Папанинцы

Вождь Украины Хрущев

Збоншинское выдворение. «Хрустальная ночь»

«Александр Невский»

Вслед за Петром из романовской династии впервые реабилитирован Рюрикович. Советская власть явно солидарна с князем Александром Невским в том, что главная опасность грозит стране не с Востока, а с Запада

Про такую древность советское кино еще не снимали. За дело взялся Сергей Эйзенштейн, автор революционного киноэпоса «Броненосец Потемкин». Новый фильм — тоже госзаказ, и из жизни героя взято только нужное пропаганде. Победа над шведами, за которую Александр Ярославович получил прозвание Невский, только упомянута. Нет его дружбы с татарскими ханами и сбора дани со своих вотчин для Золотой Орды. На виду у князя его соплеменников угоняет в полон ордынский наместник, но молвит задумчиво патриот-феодал: «Опаснее татарина враг есть. Ближе, злее. От него данью не откупишься. Немец». Супостат вскоре подтвердится: Тевтонский орден крестоносцев захватывает Изборск и Псков. Александра призывает к себе оплот свободной Руси — Новгород. Из землянок в сожженных деревенях является уцелевший люд и приносит клятву верности отчизне под крестами величественных соборов — невиданная доселе картина в советской культуре. Будто впрямь из глубины столетий раздается хор «Вставайте, люди русские!», сочиненный для фильма Сергеем Прокофьевым на стихи Владимира Луговского. Единство вождя и народа громит тевтонцев на льду Чудского озера, остатки грозных полчищ проваливаются и тонут.