Читаем Нахимов полностью

О том, может ли неприятель захватить Севастополь, Лазарев писал еще раньше, в 1834 году, после обострения отношений с Англией. Войти в порт можно, считал он, «но вторжение в порт еще не есть занятие оного… Войти и наделать только шуму весьма легко, но выходить из оного с обитым рангоутом, поврежденными кораблями и, вероятно, немалой потерей людей гораздо труднее»[272]. Его план обороны сводился в общих чертах к следующему:

1. Снять все вехи, замаскировать маяки и поставить несколько ложных, которые вели бы неприятеля на рифы.

2. Поставить на высотах города орудия, огонь которых был бы направлен на рейды, и вести при появлении неприятеля огонь, не давая возможности после обстрела поправить рангоут и уйти в море. Пушек должно быть столько, сколько хватит людей; если же пушек будет недоставать, снять их с кораблей.

3. Несколько кораблей и фрегатов вывести на рейд и расположить их так, чтобы, не мешая огню батарей, они могли бы выстрелами своих пушек наносить наибольший вред неприятелю.

4. Командующий сухопутными войсками должен защищать и город, и береговые батареи. Последние, по мнению Лазарева, были устроены настолько «необдуманно, что для высаженного десанта доступ в оные совершенно свободен».

Вывод: Севастополю нужны хорошие укрепления, искусные артиллеристы и достаточное количество сухопутных войск, и тогда останется смотреть, чем закончится приход английских кораблей. Никакого шапкозакидательского настроения в письмах Лазарева нет — лишь сухой и реалистичный расчет. При этом адмирал был совершенно убежден: следует ожидать не одного Джона Булля, а нескольких противников, и непременно «сильнейших».

Если мы сравним действия организаторов обороны Севастополя — Нахимова, Корнилова и приехавшего в город уже во время войны Тотлебена — с тем, что написал Лазарев, то увидим, что они воплощали в жизнь его план. Точнее, пытались воплотить.

Из дневника Рейнеке:

Нахимов считал боны из старых мачт и цепей для заграждения входа в бухту слабым препятствием, его нужно было усилить огнем корабельной артиллерии. И самое слабое место — абсолютная беззащитность Северной стороны. Но командующим сухопутными и морскими силами в Крыму был Меншиков, Нахимова слушали — и не слышали.