Читаем Наказание полностью

Дверь оказалась незапертой. Я вошёл в сени, следом ворвались клубы морозного пара. Потоптался погромче, чтобы привлечь её внимание, и только потом, сильно робея, отворил дверь в комнату.

Она стояла прямо передо мной, маленькая, сухонькая, с чуть склонённой набок головой. В глазах — тихая печаль и смирение.

— Здравствуйте, бабушка, — просипел я и закашлялся — то ли от мороза, то ли от волнения.

Она узнала меня сразу.

— Прости, сынок, — едва слышно сказала она. — Я ведь грешным делом на тебя думала.

У меня внутри всё перевернулось. Если не скажу сейчас, то не скажу уже никогда. Собравшись с духом, я глухо произнёс:

— Это я, бабушка. Я сделал. — Язык не повернулся сказать «убил».

Взгляд её помутнел, она качнулась, но удержалась на ногах.

— Бог тебе судья, — вздохнула она.

Я пялился в пол, не в силах поднять на неё глаза.

— Куда же мне теперь, а? — выдавил из себя я. — Ведь оправдали меня…

Она долго молчала.

— Уходи, — наконец проговорила она тихо и, едва передвигая непослушными ногами, поплелась вглубь комнаты.

О, лучше бы она меня ударила!

Не помню, как я очутился во дворе. В голове стоял сплошной туман, мысли рассыпались, как сухой горох. Я бежал, не разбирая дороги. Бежал вон из города, в лес. К людям я вернуться не мог.

Очнулся в лесу. Мир казался чужим и холодным, как кусок льда. Было темно и тихо, лунный свет терялся в густых заснеженных кронах гигантских сосен, их стволы сухо трещали и стонали от боли. Мороз стал нестерпимым, я промёрз насквозь, пальцы ног онемели, щёк я уже не чувствовал.

Коченеет тело, костенеют конечности, стынет изнывшаяся душа. Вряд ли я отсюда выберусь. Да и некуда.

Я сел в сугроб и заплакал.