Читаем Наемники полностью

— Неужели ты не понимаешь, с кем взялась в игры играть? — прорычал он ей прямо в лицо. — Они используют тебя по своему усмотрению, а потом просто уничтожат. Ты для них иблис, дерьмо, потому что не дроу. Среди приближенных Джарлакса нет таких, кто больше Рай’ги и Киммуриэля ненавидел бы другие расы. Тупая Шарлотта, никакая выгода тебе рядом с ними не светит, только смерть.

— А что, с Джарлаксом не так? — выкрикнула она.

Убийца как раз и рассчитывал на непроизвольное проявление чувств. Этот порыв как нельзя яснее показал, что она действовала заодно с двумя дроу, мечтавшими возглавить Бреган Д'эрт. Энтрери отошел на шаг, а она осталась сидеть, поникшая и подавленная.

— Даю тебе еще одну возможность, — предложил Энтрери. — Вовсе не потому, что испытываю к тебе добрые чувства, а потому, что у тебя есть кое-что нужное мне.

Шарлотта оправила одежду и попыталась придать себе более достойный вид.

— Выкладывай все, — потребовал убийца. — Все, что имеет отношение к перевороту, — где, когда и как. Мне известно больше, чем ты думаешь, так что не пытайся юлить.

Шарлотта насмешливо приподняла бровь:

— Ни черта ты не знаешь. А если б знал, понял бы, какого дурака свалял.

Едва она вымолвила это, убийца ухватил ее за волосы и дернул голову назад, а другой рукой приставил ей к горлу кинжал.

— Последняя возможность, — с ледяным спокойствием произнес он. — И не забывай, что ты мне очень не нравишься, драгоценная моя Шарлотта.

Женщина с усилием сглотнула, не сводя с Энтрери глаз.

Его взгляд был красноречивее всяких слов, и Она, решив, что терять нечего, а хранить верность темным эльфам нет смысла, выложила все, что знала о предстоящем перевороте. Даже то, как Рай'ги с Киммуриэлем намеревались обезвредить хрустальный осколок, — они предполагали воспользоваться псионической силой, особым образом трансформированной неким волшебным фонарем.

Ничего нового Энтрери не узнал, но все-таки странно было слышать, как кто-то проговаривает вслух все его подозрения. Он мысленно благословил свою предусмотрительность — ведь он тоже плел свою паутину — и еще раз напомнил себе, что он такой же игрок, как и остальные.

Энтрери прошел мимо Шарлотты к внутренней двери, выдернул из нее кинжал и трижды постучал. Дверь вскоре распахнулась, и в комнату вкатилась удивленная Двайвел Тиггервиллис.

— Ты чего пришел? — обратилась она к Энтрери. но осеклась, увидев унылую Шарлотту. Снова обернувшись к убийце, она сердито закричала: — Что ты наделал? Я не намерена ввязываться в ваши внутренние дрязги!

— Ты сделаешь все, что тебе скажут, — холодно ответствовал Энтрери. — Шарлотта останется у тебя в качестве дорогого, но очень одинокого гостя, пока я не вернусь и не позволю ее выпустить.

— Ты не позволишь? — недоуменно спросила Двайвел. — Что это за блажь на тебя нашла?

— Еще раз оскорбишь меня — лишишься языка, — бесстрастно пообещал Энтрери, безупречно играя роль хладнокровного душегуба. — Сделаешь, как я велел. Не больше и не меньше. Когда все кончится, Шарлотта сама поблагодарит тебя за то, что ты предоставила ей надежный приют, когда все мы были в опасности.

Пока он говорил, Двайвел пристально смотрела на Шарлотту, словно желая что-то сказать взглядом, и та едва заметно кивнула.

Маленькая женщина повернулась к убийце и властно сказала:

— Уходи.

Энтрери двинулся к неприметной двери, выходившей в переулок.

— Не сюда, — недовольно бросила Двайвел. — Туда, — и показала на другой выход. Вытолкнув убийцу из комнаты, она вышла за ним и закрыла дверь на замок.

— Неужели все так далеко зашло? — спросила она, шагая рядом с ним по коридору.

Энтрери хмуро кивнул.

— Но ты по-прежнему намерен сделать по-своему, несмотря на неожиданный поворот событий?

Энтрери улыбнулся, показывая, что для него тут нет ничего неожиданного.

— Продуманная импровизация, — кивнула Двайвел.

— У тебя есть своя роль, — напомнил убийца.

— И, по-моему, я с ней неплохо справилась, — заметила она с улыбкой.

— Превосходно, — согласился он. — И я не шутил, когда сказал, что отрежу тебе язык.

Он вышел на улицу, а Двайвел, несколько опешив, осталась стоять на пороге. Однако через минуту она усмехнулась, решив, что Энтрери вряд ли приведет угрозу в исполнение, как бы она его ни оскорбила.

Правда, это было лишь ее предположение. С Артемисом Энтрери ни в чем нельзя было быть уверенным.

* * *

Еще до рассвета Энтрери выехал за пределы города, скача во весь опор к оазису Даллабад на позаимствованном без ведома хозяина коне. Дорогу он знал хорошо. Здесь всегда было полно разбойников и нищих. Но убийцу это ничуть не тревожило. Когда солнце стало подниматься, он пришпорил коня, торопясь въехать в оазис вовремя.

Он сказал Двайвел, что Джарлакс снова заперся в хрустальной башне, куда теперь так торопился убийца. Он знал, что малютка-хафлинг разыграет свою партию, как по нотам. А когда она отпустит Шарлотту…

Энтрери склонился к конской гриве. Солнце взбиралось по небу, а скакать еще много миль, но уже виден острый шпиль башни… да нет, двух. Энтрери различил два одинаковых сооружения, ловивших лучи утреннего солнца.