А в некой маленькой комнате одному бойцу некуда было деваться, поскольку, как и многие из тех, кто погиб в эту ночь, Калийа оказалась отрезанной от отрядов защитников. Она принуждена была сражаться в одиночку под беспрерывные крики беспомощного Дэвиса Энга. Три мертвые горгульи уже лежали на полу, двух из них она зарубила в самом начале этого, казавшегося бесконечным, боя. Потом, после короткого затишья, прилетела третья и тоже пала. Но на ее крик примчались новые: еще две влетели внутрь комнаты, и Калийа поняла, что снаружи их гораздо больше.

Она бросилась на новых противников, сознавая, что двоих победить сумеет, но долго ей все равно не продержаться.

Молодая женщина искоса глянула на Дэвиса Энга, лежащего на кровати с застывшим от ужаса лицом. Она застонала с досады и принялась рубиться с удвоенной силой - ну не может она бросить его здесь в таком состоянии, совершенно беспомощного.

Вскоре одна из бестий рухнула на пол. Вместо нее влетела еще одна, затем еще, и Калийа продолжала биться уже почти бессознательно, стараясь лишь не подпускать их близко, уже не помышляя ни о какой победе.

Крики горгулий, напоминающие скрежет, были такими пронзительными, что закладывало уши. За спиной орал Дэвис Энг.

А потом горгульи ни с того ни с сего исчезли. Испарились. Они не вылетели на улицу, а просто пропали.

Трупы поверженных чудовищ тоже исчезли. Калийа поморгала и обернулась к солдату:

- Я что, с ума сошла?

Но тот был озадачен не меньше и ничего не ответил.

Улица взорвалась радостными криками. Калийа бросилась к разбитому окну и выглянула наружу.

Совершенно необъяснимым образом битва за Палишук внезапно прекратилась.

Джарлакс из расщелины видел, как что-то загорелось в пещере. Столб огня колоссальной мощи вырвался откуда-то из-под свода и объял голову и шею драколичи. Громадный скелет с обломанным крылом дернулся и затрясся.

Что это такое устроил Энтрери!

И тут дроу озарило: статуэтка, которую он поставил у дверей их комнаты в Гелиогабалусе, дар сестер-драконов!

«Ох, до чего ж ты умен, друг мой», - подумал Джарлакс. А еще подумал, что этот умный друг теперь точно мертв.

Пламя утихло, и скелет дракона выполз из пещерки. От его мотавшейся из стороны в сторону головы шел дым, он неуверенно повернулся, и Джарлакс увидел, что половина черепа начисто исчезла.

Тварь попыталась издать рев, сделала шаг, содрогнулась и рухнула на пол, почти сразу затихнув.

Джарлакс выскользнул из трещины, снова обретая тело. В огромной пещере воцарилась полнейшая тишина.

- Слезь с меня, толстый придурок! - внезапно нарушил безмолвие вопль Атрогейта.

Обернувшись, дроу увидел, как дворф выползает из-под Ольгерхана, отплевываясь и сыпля проклятиями. Он встал, упер руки в бока и некоторое время озирал поле боя с неподвижно лежащим остовом дракона.

- Будь я проклят, если мы не победили,- поразмыслив, заявил он.

Но дроу его не слушал. Он помчался к темному провалу в дальней стене, с замиранием сердца представляя себе, что он там найдет.

Когда же оттуда нетвердым шагом вышел весь дымящийся Артемис Энтрери, Джарлакс вздохнул с облегчением. В руке убийца держал обгорелый лоскут, когда-то бывший его плащом, который он отшвырнул в cторону, с отвращением взглянув на товарища.

- Ты помешался на драконах, - процедил он.

- Они охраняют самые дорогие сокровища, - ответил дроу.

Энтрери обвел глазами пещеру, где, кроме костей, ничего не было. Джарлакс рассмеялся.

Глава 22

Победителю достается…

Пока Атрогейт обматывал ногу полуорка толстым кожаным ремнем, бедный Ольгерхан стонал. Один конец ремня дворф сунул ему под нос и велел:

- Прикуси-ка покрепче.

Ольгерхан послушно сжал ремень зубами.

Атрогейт резко дернул за другой конец, выравнивая кости. Зажатый в зубах ремень несколько заглушил вопль Ольгерхана, но все равно он эхом прозвучал во всех отдаленных уголках просторной пещеры. Сжав кулаки, полуорк невольно замолотил ими по камню.

- Да, немного больно, - согласился Атрогейт.

Бедняга Ольгерхан закатил глаза и чуть не рухнул навзничь. Несколько мгновений он находился в полуобморочном состоянии, перед глазами плясали черные пятна, но потом помутившимся взором он увидел нечто такое, что мигом привело его в чувство: на краю карниза стояла Аррайан. Впервые за долгое время она стояла без помощи и поддержки, выпрямившись во весь рост.

Ольгерхан приподнялся на локтях, и взгляды их встретились.

- Ну вот и все, - проговорил Джарлакс, подходя к полуорку и дворфу вместе с Энтрери. - Помоги-ка ему встать. Я буду левитировать и по одному подниму вас на карниз.

Атрогейт помог встать Ольгерхану, а Энтрери подошел к стене и стал взбираться вверх по трещинам и уступам. Не спеша он добрался почти до самого верха, когда Джарлакс опустил полуорка рядом с Аррайан, поднявшись в первый раз.

Выглянув из-за края карниза, убийца увидел, как девушка упала на Ольгерхана и стиснула в объятиях, шепча слова любви. Энтрери подтянулся, влез на карниз и, слабо улыбнувшись парочке, двинулся вперед, чтобы обследовать обширный коридор.