Понаблюдать за дальнейшими маневрами нашей конницы и ударной баталии "волков" не получилось, так как мы, легко выдержав слабый обстрел неприятеля, достигли, наконец, своей главной цели, ради которой и затевался весь этот сыр-бор. Двигаясь быстрым шагом, "мертвецы" навалились на всё еще топтавшуюся на месте левофланговую баталию лангарцев.

На этот удар Бенно поставил всё, потому на острие нашей атаки, помимо и без того отборной первой роты, была расположена элитная штурмовая группа во главе с самим капитаном. По бокам от командира действовали неизменные драбанты. Еще чуть правее стоял я, а левее — один из сержантов штаба, оба с двуручниками. У каждого из нас своя парочка вооруженных алебардами телохранителей из числа особо заслуженных. Мне достались старый знакомец Дирк-весельчак и флегматичный парень по имени Гест, щеголявший необычным прозвищем Кишкомот. Именно наше "штабное" отделение и пустило лангарцам первую кровь.

Отведя клинком в сторону пару-тройку нацеленных на меня копейных наконечников и, кажется, даже срубив один из них, я, наконец, продрался через мешавший мне частокол пик и раньше всех в нашей баталии получил возможность схватиться с противником накоротке. Правда, мои первые удары были довольно уверенно парированы, но тут в бой включились подоспевшие телохранители и везение молодых "волков" кончилось.

Дирк зацепил крюком алебарды край щита, резко рванув его на себя. Вражеский пехотинец пошатнулся, потеряв на миг равновесие, и тут же рухнул с разрубленной шеей, обляпав всех вокруг кровью, брызнувшей из разорванной артерии, словно вода из садового шланга. Следующим ударом, на этот раз колющим, я достал его соседа, не успевшего прикрыть свой правый бок. Ответный выпад слева, нацеленный мне в живот, спокойно отразил Гест, а вот не в меру прыткого мечника от моей контратаки прикрыть оказалось некому, и парень с разрубленным плечом и повисшей плетью рукой скрывается в глубине баталии. Брешь в первом ряду противника приобретает угрожающие размеры…

Краем глаза замечаю, как слева во всю орудует Бенно со своей золотой командой. Капитан крушит вражеский строй методично и неумолимо, не давая лангарцам ни единого шанса для контратаки. Не знаю точно, что чувствуют сейчас противостоящие ему "волчата", могу лишь попытаться представить на основе собственного опыта учебных боев с этой совершенной машиной разрушения. Наверное, противникам Мясника можно даже посочувствовать, но я, пожалуй, воздержусь.

Гест подсекает опорную ногу очередному вражескому алебардьеру, а я мощным вертикальным ударом разрубаю его наплечник, ключицу и разваливаю грудную клетку почти до середины. Рывком высвобождаю засевший в ребрах клинок и внезапно обнаруживаю, что враги кончились. В зоне досягаемости никого, а впереди — только стремительно удаляющиеся спины. Неужели получилось?

Словно в подтверждение у меня за спиной раздается победный рёв сотен глоток. Кажись, и вправду получилось.

Глава LIII

Переведя дух и оглядевшись, я с некоторым удивлением констатировал, что времени с момента первого столкновения прошло всего ничего. Ударная колонна лангарцев по-прежнему медленно продвигалась вперед, то и дело останавливаясь, чтобы парировать угрожающие маневры нашей кавалерии. Противостоящая им баталия регуляров так же медленно пятилась назад, упорно отказываясь вступать в рукопашную и ограничиваясь обстрелом "волков" из арбалетов. Коронные части чётко выполняли установку ле Кройфа — не проиграть слишком быстро.

А вот в центре события приняли интересный оборот. Вторая баталия лангарцев, видимо не рассчитывая особо на стойкость молодых коллег, с началом нашей атаки быстро двинулась вперед, собираясь как можно скорее расправиться с регулярами, чтобы затем прийти на помощь своему левому флангу. Коронная пехота, не надеясь сдержать этот удар, принялась отступать. Да так резво, что впору назвать оный отход драпом. Роты сломали строй, а местами уже показали "волкам" спину, даже не думая об организации сопротивления.

Лангарцы, посчитав, что дело сделано и видя бегство собственного левого фланга, остановились и начали разворачиваться к нам, готовясь встретить новую угрозу. Вот тут-то регуляры и показали класс. Сигнал трубы остановил начавшееся бегство, смешавшиеся роты вновь сомкнули строй, и казавшаяся еще несколько минут назад безнадежно разбитой баталия перешла в решительную атаку, приковывая к себе всё внимание "волков".

Всё-таки выучка — великое дело. Коронным ротам явно не хватает стойкости в обороне и упорства в атаке, но маневрировать их обучили на совесть и этот свой козырь они использовали на все сто. Вряд ли регуляры продержатся долго в начавшейся схватке, но нам ведь этого и не нужно.