Читаем Наемник полностью

Нет, мне и раньше приходилось преодолевать существенные расстояния пешим порядком, в том числе и в составе армии, но неспешный поход с ополченцами Этельгейра от Линдгорна до Ирбренда и обратно не шел ни в какое сравнение с тем забегом, что устроил нам ле Кройф.

Отряд подняли ранним утром, тут же накормили приготовленным еще затемно завтраком и почти сразу же погнали строиться. Роты одна за другой занимали места в колонне и двигались на юг, в сторону Танариса. Сзади тащился обоз. Ни музыки, ни развевающихся знамен — все буднично и обыденно. Только размеренный топот ног да негромкое позвякивание амуниции. И еще пыль — мелкая серая взвесь, клубящаяся над походной колонной. Она оседает на марширующих солдатах, тонким слоем покрывая одежду и доспехи, въедается в ткань, налипает на кожу, лезет в глаза, нос, рот, уши… Она скрипит на зубах, приглушает звуки и цвета, туманит взор и забивает запахи. А колонна всё тянется и тянется, тускло поблескивая сталью сквозь мутную пылевую завесу…

Так мы топаем до обеда. Потом следует привал, примерно на два часа, и снова марш — до вечера. И так день за днем.

Солдаты идут молча — никому не охота глотать витающую в воздухе серую гадость. Монотонный топот тяжелых башмаков, размеренный шаг, спина товарища впереди да пыльная лента дороги под гудящими от бесконечной ходьбы ногами. И больше ничего. Все мысли и чувства словно отмирают, вытесняются монотонным ритмом шагов. Остается только тупая непреодолимая сила, заставляющая тебя раз за разом переставлять ноги, двигаясь вперед с упорством и неумолимостью бездушной машины.

Именно тогда я понял, почему наемников называют "серой пехотой". А заодно осознал сакральный смысл выражения "дороги войны", который вкладывают в него ветераны нашей нелегкой профессии. Пройдя несколько дней таким маршем отряд, каким бы он ни был раньше, действительно становился единым целым — безликой серой массой, где солдаты и офицеры, новички и ветераны сливались в череду неразличимых пыльных фигур. Никакие учения и тренировки, даже самые изматывающие и реалистичные, не могли дать такого эффекта.

В былые времена это чумазое единство командиров и подчиненных служило почвой для бесчисленных насмешек со стороны коронных частей и особенно всадников-дворян. Однако время шло, наемники играли все более важную роль в возникающих тут и там конфликтах, и отношение к ним постепенно менялось. Регуляры по-прежнему не упускали ни единого случая продемонстрировать свое презрение к "солдатам удачи", но теперь за этой бравадой всё чаще скрывались неуверенность и страх. А "серая пехота", чувствуя растущую силу, научилась гордиться своим неприглядным прозвищем.

Серая униформа и матовые доспехи без полировки (в пику регулярным полкам, драившим свои железки до зеркального блеска) стали своеобразной визитной карточкой вольных отрядов. Даже покупая дорогущие шелковые платки и шарфы, наемники неизменно отдавали предпочтение неприметному серому цвету. Причем офицеры тут как бы задавали тон, стремясь всячески подчеркнуть если не равенство, то единство со своими солдатами. И потому все, вплоть до капитанов, щеголяли пусть и очень дорогой, но СЕРОЙ одеждой, а в бой шли хоть и в великолепных по качеству, но не отблескивающих на солнце ни единой искоркой панцирях. И, конечно же, командиры наемных рот, как и сотни лет назад, маршировали по неверным военным дорогам во главе своих ощетинившихся копьями колонн.

Возможно, именно в этих бесконечных маршах от одной войны до другой и крылись корни сплоченности и стойкости вольных отрядов. Вечно торчащие в своих казармах регуляры из коронных полков были лишены такого прекрасного повода для проявления корпоративной солидарности.

Как бы то ни было, а в Лоссгард — столицу Виннерда мы прибыли точно в оговоренный срок. "Мертвецы" выдержали проверку походом, потеряв всего несколько человек из состава вновь сформированной четвертой роты и одну повозку. Новичкам вообще пришлось солоно — обозники каждый день подбирали с обочины отставших. Им давали отдышаться, наскоро приводили в порядок и вновь загоняли в походную колонну, в конце которой тащился злющий как черт Деспил с парой еще более злобных капралов. В итоге дезертировать ухитрились лишь немногие счастливчики. Или неудачники — тут как посмотреть.

В столице Ротмара мы задержались лишь на пару дней. Пополнили запасы, привели в порядок снаряжение, получили положенный аванс и двинулись дальше. А! Еще выправили мне официальный офицерский патент. Но это как бы между прочим, да и стоило совсем недорого.