Читаем Начало пути полностью

Демоны мило провели время, болтая и вспоминая веселые истории. Так получилось, что в основном главным героем в них постоянно выступал Сантилли. Оказывается, маленький Тиль был тем еще хулиганом и пакостником, не давая расслабляться никому в родовом замке. С ним и сейчас не приходилось скучать, а доказательства этому всегда можно найти, по-простому выглянув во двор. Ребята, наверное, уже не одно душевное спасибо сказали своему командиру и его безграничной фантазии.

Ласайенте было смешно и интересно наблюдать за Сантилли. Надо же, какое у нас было насыщенное детство! Жаль, что родителей не выбирают. Зато выбирают друзей! Эта неожиданная мысль заставила по-другому оценить некоторые события собственной жизни. Если бы у него был такой все прощающий отец, как у Санти, принц бы вырос законченным жестоким эгоистом.

А ведь Андерс тоже многое прощал Лауре! Балуя ее сверх меры и потакая всем ее капризам. Хорошо, что их было мало. Или ему так сейчас кажется? И потом, шкодничать серьезной принцессе в голову не приходило. Его Высочество совершенно запутался в собственных воспоминаниях и выводах. Да какая теперь разница, что там было в его детстве, подумал он! Главное, сейчас все замечательно!

Ближе к полуночи гостили стали прощаться и разошлись, предварительно договорившись о завтрашней встрече. Сантилли увильнул от неприятного разговора с другом, банально сославшись на усталость и выпитое вино, и завалился спать.

А ранним утром Его Светлость подло сбежал, в ярких красках представляя себе горячую встречу, которую устроит ему друг. С ковровой дорожкой и оркестром. Мда. Неуемное воображение разбушевалось, заставив ашурта содрогнуться и почти сдаться, но малодушное желание разбудить йёвалли было мужественно задушено на корню. Проснувшийся Лас обнаружил в гостиной читающего книгу Шали, все понял, но ничего не сказал, только губу прикусил. Граф мысленно посочувствовал Сантилли и от всей души пожелал ему удачи, без которой возвращение под родную крышу становилось проблематичным, учитывая не только характер, но и благоприобретенные боевые навыки принца.

Супружеская чета демонов лет шестнадцать назад купила двухэтажный светло-кремовый особняк у моря, охраняемый по краям и в середине широкими круглыми башнями с окнами-бойницами. Веранды, террасы и просторные балконы, увитые зеленью и виноградом, полукруглые окна и двери, облицованные камнем, придавали особый колорит и создавали ощущение сказочности необычной постройки, делая ее похожей на заколдованный замок, особенно вечером, когда включалась подсветка. Сантилли не поленился и обошел дом вокруг, пока не взошло солнце (здесь была то ли еще ночь, то ли очень раннее утро, когда появился герцог).

Но самым восхитительным оказался живописный внутренний дворик: в левой части обширного изумрудного газона находился бассейн с прозрачной голубой водой, в котором отражалась вилла. Вся остальная территория утопала в зелени и цветах.

Если подняться по широким ступеням от бассейна к особняку, то можно было попасть на террасу, с которой открывался поистине изумительный вид на море и бухту, на берегу которой расположился город, отсюда не видный.

Здесь, за бассейном начинался пологий спуск, по которому к морю ступеньками сбегала дорожка, выложенная плоскими желтыми камнями. Она петляла среди пышных деревьев и цветущих кустарников, уводя в небольшой дикий сад, полный цветочных ароматов и влажной духоты. Внизу ждала небольшая деревянная пристань с пришвартованной мечтой Сантилли — белоснежной парусной яхтой. Он утром уже побывал на ней, облазив все сверху донизу и впервые испытав муки зависти.

Сейчас они втроем развалились в мягких креслах на тенистой продуваемой теплым ветерком террасе, увитой виноградом, и в ожидании назначенной встречи со скалолазом потягивали ледяной коктейль из высоких бокалов. Настроение у герцога было не ахти какое: жара начинала чувствоваться, к тому же ему чудовищно не хватало Ласайенты, тридцать лет постоянно следовавшим за ним, как собственная тень.

— Что-то Его Светлость, наследник и прочее, и прочее загрустил, — задумчиво проговорил Тоньес.

— Да разреши уже Ласти приехать! Что ты уперся, как баран, — сестра сразу вычислила главную причину.

— Предлагаешь отменить собственный приказ? А потом кое-кто начнет этим бессовестно пользоваться и мне придется по-тихому повеситься, потому что справиться с ним будет совершенно невозможно.

— Тиль, не хандри. Просто передумай, — категорично возразила Эджен, — Что ты фыркаешь! Жеребец. Вызывай его немедленно! Пусть сам решает, выдержит он это или нет.

Тоньес поддержал ее:

— Скажи, что все оказалось не так страшно, как ты думал вначале.

— Искусители, — сердито пробурчал герцог, поднялся и ушел наверх.

Супруги заговорчески переглянулись, и Эджен прищелкнула пальцами:

— Я переодеваться, а то у нашего принца вчера были ТАКИЕ глаза….

— Зачем? Просто надень бриджи, а этот сарафанчик вполне сойдет за маечку, — с удовольствием провожая жену взглядом, посоветовал вдогонку муж.