Читаем Начало пути полностью

Они поссорились, а затем решили, что надо разобраться, что именно произошло. Фурия страшно спешила, это очевидно. Спешка приводит к неосторожности. Спешка была полной противоположностью всему, что олицетворяли они — комфорт и спокойствие, — и, несомненно, Ферфаксы нуждались сейчас в самообладании лампы и кресла, чтобы трезво оценить ситуацию в доме.

— Мы идеально подходим для этого задания, — торжественно объявила лампа, имея в виду конечно же только себя, но одинокая лампа в коридоре вызвала бы подозрение, а вот лампа и кресло вполне сойдут за уютный уголок для чтения.

Вот почему они продвигались сейчас к лестнице, следуя в том же направлении, что и Фурия. Лампа подпрыгивала на своих трёх подпорках, которые давно уже требовали смазки. А за ней ковыляло кресло на четырёх деревянных ножках.

Со скрипом и грохотом они подошли к ступенькам.

Напротив простирался коридор, уходивший в северное крыло здания, где находился кабинет хозяина. Фурия побежала вверх по лестнице. На следующем этаже была комната маленького Пипа.

— Она хочет защитить мальчика, — сказала лампа.

— Проклятые ступеньки, мне их ни за что не одолеть! — проворчало кресло.

Лампа хотела что-то возразить, но тут на лестницу вышли трое мужчин, одетых в старомодные сюртуки и жилетки, с белоснежными платками в нагрудных карманах и золотыми цепочками для часов. Их волосы были идеально уложены, в руках незнакомцы держали трости и фонарики.

Снизу раздались голоса. Похоже, там было ещё несколько непрошеных гостей, которые, по-видимому, прочёсывали первый этаж.

Лампа и кресло замерли. Они остановились у входа в южный коридор (вообще-то это было не самое удачное место для чтения). Но мужчины не обратили на них внимания, они лишь на секунду остановились, чтобы оглядеться по сторонам, и поспешили к северному крылу. Следом за ними по лестнице поднялись ещё трое и, не останавливаясь, направились на третий этаж.

— Они ищут Фурию? — прошептало кресло.

— У неё была фора в несколько минут, — тихо сказала лампа. — Если они её поймали…

— Она где-то впереди.

— Но они её догонят.

— Нет. Если она поспешит.

— Нехорошо это всё, — буркнуло кресло.

— Ясное дело. В дом ворвались грабители, и их по меньшей мере шестеро. Что уж тут хорошего?

Вдруг один мужчина выскочил обратно в коридор. Он побежал вниз по лестнице, а затем они услышали, как незнакомец кричит на первом этаже:

— Старик Ферфакс лежит мёртвый в своём кабинете!

Ему ответил женский голос, но слов лампа не разобрала. Тон показался ей очень резким. Через несколько мгновений по ступенькам поднялась изящная женщина в чёрном. Мужчина следовал за ней.

На верхней ступеньке она остановилась, будто что-то заподозрив, и посмотрела на настольную лампу и кресло. Те затаили дыхание. Женщина внимательно оглядела их, а затем указала на южный коридор, начинавшийся прямо здесь.

Мужчина кивнул в сторону северного крыла:

— Это там.

Женщина чуть замешкалась, а затем последовала за ним по коридору. Когда двое незнакомцев исчезли из виду, кресло тихо вздохнуло:

— Они сожгут весь дом вместе с нами.

— До этого пока не дошло.

— Мы будем отлично гореть, точно так же, как ковры, столы, картинные рамы и…

— Замолкни наконец!

— Всё сгорит, я тебе говорю. Тебя вытащат из-под завалов в виде погнутого куска металла, а от меня совсем ничего не останется. Даже маленькой щепочки.

— Хватит ныть, лучше пораскинь мозгами! — прошептала лампа. — Где могли спрятаться Фурия и мальчишка?

— В парке? — Кресло задрожало всеми своими подушками. Сама идея открытого пространства была ему ненавистна (оно и так постоянно думало обо всей той мебели, которую сносили вниз на улицу и продавали непонятно кому).

— Вряд ли, — ответила лампа. — Оттуда приходят чужаки. — Она немного вытянулась и заглянула в северный коридор.

Женщина всё ещё была в кабинете вместе со своими сопровождающими. Действительно ли хозяин был мёртв? Эта мысль казалась совершенно невероятной.

— Фурия и Пип побегут наверх, — вслух рассуждала лампа. — Ты помнишь чердак? — Это был вовсе не риторический вопрос, потому что память у кресла была далеко не идеальной; они вместе провели там, наверху, много лет в затхлом, душном углу, пока их не обнаружила Фурия и не упросила Вэкфорда спустить в её комнату. — На чердаке есть где спрятаться.

— Что случилось с хозяином? — спросило кресло.

Лампа недолго помолчала.

— Знаешь, что я думаю?

— Ну-ка, просвети меня.

Она нагнула свой металлический конус, размышляя, как у этого неповоротливого бегемота вдруг прорезалось чувство юмора.

— Я думаю, — уверенно сказала она, — что в этом деле по уши замешан водитель. Этот Сандерленд.

— Ты ведь его не знаешь.

— Но Фурия его терпеть не может.

— Хм-м!.. — задумчиво хмыкнуло кресло. — Может быть, он хочет избавиться от хозяина, чтобы самостоятельно распродать всю мебель в этом доме и нас заодно?

— Всё возможно. Фурия не раз говорила, что не доверяет ему. Она даже писала в своей тайной книге, что он ей не нравится.

Лампа видела каждое написанное девочкой слово.

С первого этажа донёсся душераздирающий крик.

— Это что, кухарка? — прошептала лампа.

— Ох-ох-ох…