Читаем Начало полностью

Нет, нельзя того мужика убивать — а пить начнёт, обязательно убьёт. Нет. Нужно пить только тех, кто заслужил смерти. Плохих людей…, где ж их взять то, на ночь глядя? Хм, а ведь это кажется Базар. Район далёкий, мало знакомый, но где-то тут промышляют несколько знакомых наркоманов и не совсем наркоманов (травку курят — почти трезвенники). Грабят прохожих ночью. По идеи, если подумать — злые, плохие люди. Вот. Значит, на дорожку и если на гоп-стоп будут разводить, значит…, стоп. А он ведь тоже так поступал. Он получается тоже плохой человек? Нет-нет. Он делал это, потому что не было иного выхода. Потому что судьба к нему всегда была зла и не благодарна и вообще, ему всегда было очень стыдно за то, что он делал…, не, ну правда, он как сейчас помнил — ограбил человека и потом всю дорогу до дома барыги горько плакал! И даже когда дозу домой нёс, что бы кольнуться, он и тогда плакал! А…, не, тот мужик, которого он ограбил, ему нос сломал, вот он и плакал…, надо другое что-то вспомнить. Вот помнится, девчонку он ударил в челюсть, она сознание потеряла, он с неё всё золото снял, она потом заяву написала, но его так и не поймали — вот, тогда тоже плакал очень сильно…, она ему ещё промеж ног двинула, неделю всё болело, тут любой заплачет…, блин. Не то всё. Нафиг заморачиваться — хороший он! А они все плохие. Точка.

Штык вышел на асфальт и двинулся неспешным шагом. Прошёл до ближайшей улицы. Никто не напал, улица пустынна, даже машин на дороге нет. Так, идём обратно. Пришлось два раза туда-сюда сходить, пока дорогу не преградил тёмный силуэт с ножом в руке.

— Слышь фраер, бабло на землю скидай и топай куда там топал.

— Ага, щас. — Со счастливой улыбкой на губах, ответил Штык незнакомцу.

— Ты чё не слышал? — Зарычал бандит нехороший, шагнул вперёд и угрожающе махнул ножом.

Штык не ответил. Просто рванулся вперёд. Прежде чем парень успел понять, что происходит, горло пронзило острой болью. Две секунды и мир для него погас навсегда.

Тело он утащил в кусты и там бросил. Ботинки снял — подошли почти идеально. Если ногти постричь, большие станут — наверное, лучше не стричь. А потом пошёл по дорожке к жилым улицам.

Штык был полностью сыт и доволен собой — он наелся и избавил общество от невероятно плохого, абсолютно аморального элемента! Как Бэтмен! Тот тоже злодеев ловил. Только вроде не убивал. Или убивал? Что-то он с ними там делал, а что не вспомнить — давно просто фильм смотрел.

Бродил почти до рассвета, пытаясь сообразить, где находится и как быть дальше. К утру, наконец, начал узнавать окрестности. Люди ещё не появлялись — на работу рано, спят. Бомжей тоже не видать, прохладно нынче по ночам, в подвалах они все. Пустынные улицы, утопавшие в зелени и старый, изломанный асфальт, не ремонтировавшийся с советских времён. Впрочем, если верить местному населению, не ремонтировали дорожное полотно в этих краях, со смерти Андропова — был такой мужик в правительстве. Крутой, честный, свято веривший, что коррупцию можно победить, то есть, по определению покойник. Так что дороги в этом районе, если один раз увидел, запомнишь навсегда. Особенно если имел счастье ходить по ним пьяный либо укуренный. Ночью. Без звёзд и луны. В дождь. Штыку однажды такое счастье привалило. Давно, лет пять назад. Тогда его поразило увиденное — словно в другое измерение попал. Дома старые, бараки хрущёвской эпохи, частные дома — эти в обще из глубокой древности. Однажды он в газете прочитал, что тут, на «Отвале» — так называли эту часть Базара сами жители, стоял дом, постройки ещё 35-ого года. Как раз в тот год первые поселенцы город и начали закладывать. Срок у них кончился, а возвращаться уже не куда — имущество отобрано государством, либо родственники все мертвы (типа случайные жертвы активного строительства социализма), а подчас и всё сразу. Вот и оставались, подальше от власти от столицы и разного рода любителей серпа и молота. Они и заложили этот город — авантюристы, добровольно лезшие на освоение целины, закладку первых угольных рудников и, абсолютное большинство жителей уже к конку 50-ого, бывшие узники нескольких местных зон. Вот на Отвале только и сохранился один из тех домиков, что строили эти люди, строили, вообще-то, как временное жильё. Для многих оно становилось постоянным на десятилетия. Таких старых построек, больше нигде в городе не осталось, только здесь. Хороший район. Относительно тихий, много зелени. Вон, дом стоит — только крышу и видно, всё остальное скрыто пушистыми кронами различных деревьев.

Пять лет назад, Штык тут нарвался на группу местной молодёжи, с кем-то поругался, и дело могло кончиться серьёзными проблемами, с последующими разборками, но тут вмешался местный обитатель. Артём, известный так же как Дич — прозвище такое. И его младший брат, с менее странным, но более подходящим ему прозвищем — Шкет. Вмешался не просто так естественно. Учились они вместе. Давно это было, очень давно…