Читаем Начало полностью

— Во. — Штык показал пальцем на вывеску непонятного смысла. Не светится, но висит высоко. Над красивым крылечком с розовой крышей. — Давай вывеску поломаем.

— Нахрена?

— Да ёпта. — Вампир всплеснул руками. — Ну ты же что-нибудь этакое сделать хочешь? Ну вот.

— Да я не про то. — Шкет шмыгнул носом. И хмуро добавил. — Что-нибудь важное, понимаешь? Хорошее, вот как знаешь, дом вырастить, дерево построить, сына посадить…, бля, не то что-то…

— Не люблю детей. — Ответил вампир. Покосился на товарища. — Ты отрезвел что ли?

— Ага.

— Ну блин, скучный ты Шкет. Нормально шли, нормально отдыхали… — Штык прикрыл глаза и скривился — приятная пустота сознания и отсутствие сколько-нибудь серьёзных мыслей, улетучивались. Организм избавлялся от спирта в крови. — Ай, стой. Шкет, Зов Природы.

Далеко ходить вампир не стал, сделал дело прямо тут, на асфальт, семафоря проезжавшим машинам, своим наиважнейшим достоинством.

— Идиот! — Визгливо прокричала в окно машины, какая-то женщина.

— Пошла в очко дура! — Не остался в долгу вампир.

До остановки шли молча. Там люди стояли, несколько молодых смешливых девчонок — Штык извинился перед товарищем (на ногу случайно наступил) и пошёл знакомиться. Шкет остался стоять в стороне, полный тяжких дум. Его начинала тяготить такая жизнь. Бесцельная, пустая. И на плечах груз стольких им оборванных жизней…, а что он сделал, что бы искупить? Пьёт месяц как скотина. Одно хорошо, что здоровью это теперь не вредит. Но…, Бог дал ему такие возможности и силы, не для того что бы до скончания веков водку пить! И Штыку тоже не для того он это всё дал. Хотя Штык-то ни о чём особо и не задумывается. Он, похоже, готов всю вечность провести вот так.

Уйти? Просто взять и уйти? А что потом? Штык хотя бы предложил некую альтернативу — Кодекс свой вампирский. Теперь он не тяготится тем, что приходится свершать ради выживания. А до встречи с ним, не было и этого. Шкет вздохнул тяжело и стал смотреть на проезжавшие мимо машины. Когда-то он хотел машину. Работал как конь, откладывал, копил, а потом этот долбанный кризис 98-ого года, дефолт, деноминация и столько пролитого пота, пролито впустую все деньги обесценились. Вот тогда-то он и бросил работу, стал пить исключительно и только. Больше ничем не интересовался, не занимался. А Артём не остановил — Артём сам пил уже года четыре…, нету Артёма больше, умер он. От его рук умер.

Нет. Нужно что-то менять. Нельзя жить так, как живёт Штык. Это тупик. Полный и абсолютный. Это забвение, пустота. И Ад в конце пути. Он должен что-то сделать, что-то важное, хорошее.

— Гы, — Штык повернулся спиной к смеющимся девчонкам и толкнул Шкета локтем в бок. — Вон та, с волосами, твоя, а ту, что белобрысая, я беру. Всё, завязывай кукситься, на хату едем. И это, у тебя типа днюха и ещё это, фирма своя. Только какая я забыл. Всё, давай, с волосами — Рита, белобрысая — а тебе не похер как её звать? — Шкет вообще молчал. — Ну вот, давай, пошли. У них там тоже днюха, мы типа номер два, как в Джеймсе Бонде, видал?

— Видал.

— Девчонки, а вот и… — Замялся, голову повернул. — Шкет, тебя вообще как зовут?

— Саша.

— Во, пиздатое имя. Девоньки! — Так сказал, что пол остановки подпрыгнуло, а девчонки снова рассмеялись. — Это Санёк, прошу любить и жаловать!

— Рита. — Представилась ближайшая красавица…

Праздник проходил в микрорайоне, почти в самом его центре, на десятом этаже. Гуляли такие сопляки, что Шкет довольно быстро утратил интерес к празднику, отделался от общества Риты и спрятался на балконе. Там и сидел пока его не нашёл Штык.

— Кореш, ты что гонишь? — Проворчал вампир, с первого взгляда на лицо друга, утратив радостное настроение. Ему праздник пришёлся по душе. Он только что демонстрировал местным юным девушкам свою мускулатуру, заставив краснеть и дутья практически всех парней в квартире. Впрочем, его сие не смущало вообще никак — Штык явил себя в образе откровенного эгоиста, который не только плевать хотел на всех — но и физически мог это себе позволить.

Однако настроение Шкета, его задевало. Как и почему, он понять не мог, да и не пытался. Да и зачем? Много думать вредно для здоровья. А всяческие самокопания приводят только к паршивому настроению. Штык предпочитал наслаждаться жизнью, пока и как может.

— Надоело мне. — Шкет закурил. Посмотрел вниз, на асфальт улицы. — Бог не для того нам дал такие возможности, что бы мы тупо бухали…

— Да это не Бог. — Штык тоже закурил и облокотился на бортик балкона. Вниз плюнул. Ни в кого не попал, так что морального удовлетворения не получил. — Это всё хер с серой мордой. Тот, с ушами.

— Я не про то вообще.

— А про что?

— Мы много получили, но мы должны и что-то отдать.

— Кому?

— Миру кореш, этому миру.

— Хуй ему. — Штык зевнул и выкинул бычок. — Пошли, накатишь, хандра слетит. Рита там скучает, тебя ждёт. Видал сморчки зелёные какие? Мы тут короли! Чего париться попусту?

— Не могу я так…

— Блять, заебал. Ну давай сделаем что-нибудь. Что ты хочешь сделать такого охеренно важного?

— Ну… — Шкет покраснел и замялся. — Ну я не знаю…