Читаем На веки вечные полностью

— Декс… — Слоан хотел подойти к нему, но его неподвижность заставила его остановиться. Он понял это. Это было затишье перед бурей.

— Я потерял его.

Слоан с трудом сглотнул. Он остался там, где стоял. Впервые в своей жизни он не пошел к Дексу, независимо от того, как яростно его дикая половина и его сердце кричали ему обратное. Он не мог. Слоан всегда мог прочитать Декса, мог оценить, что нужно его партнеру. Декс всегда был хорош в подаче сигналов — язык его тела, исходящая от него аура, или, в данном случае, его неподвижность.

— Мы найдем его, — тихо сказал Слоан.

Декс посмотрел на свои руки.

— Он был совсем рядом. Я мог…

Слоан сделал шаг вперед, и Декс соскользнул с койки. Слоан собрался с духом. Он знал, что сейчас произойдет. Волосы на его затылке встали дыбом, и фелид внутри него завыл от агонии, которая исходила от его пары.

Рев, сорвавшийся с губ Декса, напугал Слоана до ужаса, и он инстинктивно сделал шаг назад. Это был нечеловеческий крик, а крик раненого зверя.

Кожа Декса покраснела, когда он закричал, и сердце Слоана разбилось вдребезги, когда Декс начал срывать трубки и присоски, прикрепленные к его коже. Он схватил кардиомонитор и запустил его в бетонную стену, от чего аппарат разлетелся на несколько частей. Следующий прибор постигла та же участь, его схватили и разбили об пол. Декс несколько раз наступил на него ногой в кроссовке, хватая кабели и провода, дергая и разрывая их. Он ревел и кричал, уничтожая оборудование, используя стальную трубу, похожую на бейсбольную биту, чтобы разбить оставшуюся технику на куски. Куски пластика и проводов разлетелись в разные стороны. Декс бил, колотил и пинал все, что еще не было разбито на десятки кусочков, прежде чем он бросил трубу и повернулся, чтобы перевернуть койку.

Дверь позади Слоана открылась, но он быстро захлопнул ее, покачав головой в окно оперативникам, находящимся с другой стороны. Слоан ни за что на свете не впустит их сюда. Это было ради их же собственной безопасности. Комната снова погрузилась в тишину. Слоан повернулся и увидел Декса, стоящего посреди комнаты, которая теперь напоминала какую-то свалку. Пот капал с его лица, грудь поднималась и опускалась от частых вдохов, разбитые останки его горя окружали его со всех сторон.

Декс рухнул на пол, и Слоан подбежал к нему. Он упал и обнял Декса, проведя рукой по его голове, и закрыл глаза от слез, которые лились из-за его страдающей пары, его сердце разрывалось от рыданий Декса. Все его тело сотрясала дрожь, когда он цеплялся за Слоана, впиваясь пальцами в руки Слоана, пока кричал и плакал до хрипоты. Слоан прижался головой к Дексу, мягко покачивая его в надежде предложить хоть какое-то утешение.

Быть так близко к Тони, не имея возможности помочь ему, несомненно, разрывало Декса на части. Слоан слишком хорошо знал его. Все это произошло вскоре после того вечера, когда Декс закрылся в ванной, потому что мысль о том, что его родителей не будет на его свадьбе, ударила по нему гораздо сильнее, чем ожидалось. Декс думал о своих родителях, о том, что он был всего лишь маленьким мальчиком, беспомощным, чтобы что-то сделать. И теперь, став взрослым, он был не в состоянии помочь Тони. Одному богу известно, где был Тони и что с ним сейчас делают.

Слоан прижал Декса к себе, потершись щекой о его светлые волосы. Все, что он мог сделать, это быть рядом с Дексом и убедиться, что тот не сожжет город дотла, пытаясь вернуть Тони, потому что Слоан не сомневался, что Декс поступил бы именно так.

Декс с легкостью устроит Ад на земле, только бы спасти своего отца, и Слоан будет рядом, чтобы убедиться, что человек, которого он любит, вернется к нему, когда это будет сделано. Декс выглядел измученным, как и ожидалось после того, через что он только что прошел. Все внутри Слоана кричало в агонии. Его тело, его разум, его сердце. И все же, каким-то образом, он все еще был в оцепенении. Как будто его мозг не мог до конца осознать правду о том, что произошло. Как будто это был ужасный кошмар, от которого он с трудом просыпался. Тони всегда казался неприкасаемым.

Слоан и Декс должны были пожениться через несколько дней. Это должен был быть самый счастливый день в их жизни. Они были бы окружены семьей и друзьями. Они бы танцевали, ели торт и смеялись. Тони должен был произнести тост в день их свадьбы. Декс все время дразнил отца, и Тони удивил их обоих, признавшись, что нервничает из-за всего этого, и сказал, что он просто собирается произнести речь от чистого сердца, не используя карточки, потому что от них никогда не было толку. А затем он начал бурчать о том, кому, черт возьми, вообще нужны были эти карточки, и почему они были розовыми, фиолетовыми или голубыми, а не белыми. И какому гению пришло в голову сделать неоновые карточки? Они что, хотели, чтобы он ослеп? Слоан крепко зажмурился от этого воспоминания. Гребаные карточки. Это была просто еще одна причуда, которая напомнила Слоану о Дексе. У Тони и Декса было гораздо больше общего, чем они хотели признавать.

Слоан поцеловал Декса в макушку, и Декс открыл глаза.

— Кейл?