Читаем На Тихом океане полностью

— Послушай, мы действительно не понимаем, что ты говоришь. Лучше я буду задавать вопросы, а ты — отвечать на них.

— Да! — кивнул он, полностью со мною согласный.

— Тогда расскажи, что ты делал после того, как мы с тобой расстались.

— Несчастный Квимбо не хотел жить с людьми, которые отняли у него Митье, и ушел в Кейптаун, где минхер Бонтвернер нашел умного, мужественного Квимбо и Квимбо стал его слугой.

— Он нанял тебя как слугу? В таком случае ты должен знать, кем был твой минхер?

Не успел Квимбо ответить, как Раффли сказал:

— Когда-то в Кейптауне знавал я одного Бонтвернера, холостого торговца алмазами; у него еще был старший брат… Может быть, его имеет в виду Квимбо?

— Квимбо, чем занимался минхер Бонтвернер?

— Торговал алмазами и другими драгоценными камнями.

— А была ли у него жена?

— Нет, жены не было; и у старшего брата не было жены. А потом минхер узнал, что в Чилачапе умер его брат, и поехал туда. Он взял деньги брата, сел вместе с Квимбо на корабль и поехал обратно в Кейптаун. Но по дороге корабль окружили лодки, разбойники убили капитана и матросов, а минхера Бонтвернера и Квимбо увезли на остров, где они были пленниками разбойников.

— Как называется это место?

— Ху-Няо.

— Ху-Няо? Гм! Это китайское название и означает «птица-тигр». Это остров?

— Нет.

— Материк?

— Нет.

— Может быть, полуостров?

— Да, это полуостров. И там сейчас находится минхер Бонтвернер. Он пишет письма, потому что разбойники хотят еще больше денег.

— А куда он пишет?

— В Чилачап.

— А кому?

— Минхер не говорил это Квимбо.

У меня было к Квимбо еще много вопросов, но меня перебил Раффли:

— Оставьте пока вашего Квимбо в покое, Чарли! Он все равно не даст точных сведений. Он, как бы это лучше сказать, настоящий «Квимбо».

— Но, сэр, я хотел бы знать, где…

— Где держат минхера Бонтвернера?

— Да.

— Это нужно узнать не у Квимбо.

— У кого же в таком случае? Может, вам известен кто-либо, к кому можно обратиться?

— Да.

— И кто же?

— Похитители женщин.

— Pshaw! Они ничего не скажут!

— Уверяю вас, что если подойти к этому с должным вниманием, то в течение одного допроса все станет известно. Единственно, о чем бы я хотел просить вас, предоставить это дело мне.

— С удовольствием, хотя, признаться честно, я в этом сомневаюсь.

— И почему же? Неужели вы полагаете, что страх смерти не способен развязать этим людям языки?

— Христианам — возможно. Но мы имеем дело с людьми, для которых вера, совесть, надежда и страх не имеют значения.

— Что ж, увидим.

Мы вошли к арестованным; Квимбо оставили в капитанской каюте. Но какие бы вопросы ни задавал Раффли пиратам, ответов не последовало. Раффли начал выходить из себя:

— О, варвары!

— Мне кажется, сэр Джон, нам надо действовать по-другому.

— Как же?

— Нужно узнать, куда приходят ответы на письма Бонтвернера.

— Как же вы это узнаете?

— Следите за глазами капитана, пока я буду с ним разговаривать.

Я подсел к капитану и начал говорить по-китайски:

— Ты не хотел бы сказать свое имя?

Он не ответил.

— А также я бы хотел узнать, где вы прячете минхера Бонтвернера.

Снова тишина.

— Твое молчание ничего не значит, — продолжал меж тем я. — Мы и так освободим его, когда приплывем в Ху-Няо.

Я умышленно выделил это китайское название. Капитан ничего не ответил, но в глазах его мелькнули искорки злорадного смеха.

— А, впрочем, я оговорился, я хотел сказать «Ху-Цяо».

Сознательно поменяв в названии одну букву, я добился того, что во взгляде капитана, все еще хранившего молчание, просквозил испуг.

Выйдя от арестованных, Раффли спросил меня:

— И чего вы добились этими вопросами?

— А смотрели ли вы на выражение лица капитана?

— Да. Вначале он улыбался, как бы сознавая свое превосходство над вами, но потом испугался.

— Абсолютно верно! Дело в том, что я сомневался, что слово, сказанное Квимбо и означающее буквально «птица-тигр», истинное название этого места. Так оно и вышло: Квимбо неправильно запомнил слово «Ху-Цяо», которое означает «Мост Тигра».

— Допустим. Но где в таком случае лежит этот полуостров?

— Где-то на побережье Суматры. Необходимо его найти.

— Каким же образом, смею вас спросить? Объехать всю Суматру и у жителей каждого полуострова спрашивать его название?

— Я полагаю, мы могли бы воспользоваться картами пиратов.

— Well, но я думаю, что этим можно заняться завтра.

Квимбо был переселен в отель, где ему, без сомнения, было гораздо приятнее, чем в трюме.

На следующее утро мы едва успели приступить к первому завтраку, как появился мудали, горя нетерпением узнать развязку всей этой истории. Раффли, поведав ему обстоятельства «дела о привидении», не удержался, чтобы не отпустить пару едких замечаний в адрес охраны и его, мудали, персоны. Последний, приняв крайне важное выражение лица, потребовал немедленно выдать ему Квимбо ввиду того, что он должен быть наказан дважды. Я просто рассмеялся, а Раффли посмотрел на чиновника весьма удивленно:

— Наказан дважды? Вот как?

— Он напугал солдат; кроме того, он обнаружен на пиратском судне и, следовательно, тоже является разбойником.

Сэр Джон перебил сингальца:

— Что с вами? Вы помните, кто я?

— Вы — родственник генерал-губернатора.