Читаем На старт, ведьмы! полностью

Катька замерла на стуле, у Алены едва не выпала из рук ложка. Один Арсений Гавриилович остался невозмутим.

— Это и так было понятно. А имя у бабушки есть?

— Арсений Гавриилович, ну-ка колись, что тебе было еще понятно? — Анютка приподнялась на стуле, а Дмитрий-второй на всякий случай отодвинул от нее нож подальше.

— Ну, у вас способности не типичные, — как-то не очень внятно пояснил он и спрятал глаза. — Такие способности были лишь у огненных фей, поэтому и я предположил, что хоть одна в роду, но затесалась.

— Ага, и сразу было понятно, что одна и та же. — Алена выключила газ под сковородой. — И ведь сразу все было видно, особенно тогда, когда никто не знал, что же внутри у этих недоучек спрятано. Анфиска рассмотреть не смогла, а уж она всем ведьмам ведьма! Арсений, жрать ты не получишь!

— Я против того, чтобы ангела морили голодом! — снова вступился за него Дмитрий-первый.

— А ты женись еще на нем! — вспыхнула я. — Аж разбеспокоился весь!

Алена понимающе посмотрела на меня и быстренько сунула мне в руки сковородку, на которой еще не успело остыть масло.

— И долбану! — продолжало нести меня в совершенно ненужном направлении.

— Мариш, ты чего? — не понял Дмитрий.

— Говорю же — придурок! — прокомментировала вполголоса Алена. — Маринка, расправься с ним по-быстрому, а потом мы будем грызть ангела.

Дмитрий привстал и выхватил сковородку у меня из рук.

— Марин, если у тебя ко мне есть какие-то претензии, то давай ты мне выскажешь их лично и без свидетелей, — мягко, но решительно произнес он.

— Если надо будет проклясть его, ты только скажи, — прошептала мне Анютка. — Для тебя постараюсь так, что никто снять не сможет. Поколений семь.

— Просто уроем, — так же тихо пообещала Ольга.

— Я с вами, — пообещала Катька.

А мне было обидно. Обидно до таких горьких слез, что на какое-то время я выпала из реальности. Девчонкам за поддержку и понимание я была глубоко благодарна, но на душе легче от этого не стало.

— Как зовут бабушку? — не отставал Арсюша. Все-таки он был мужчиной, и волнения девичьих душ его не трогали.

— Татьяной бабку звали! — рявкнула Ольга. — А теперь ты рассказывай, как в нашей академии оказался!

— Поддерживаю оратора, — произнес Дмитрий-второй и начал трансформацию в волка. Не совсем, но шерстью оброс. — Не уйдет, пока не расколется. Арсений, ничего личного, просто мне тоже интересно. А поскольку ты меня обязал жениться вот на этой ведьме, — он кивнул на Анютку, — то личное у меня все же присутствует. В общем, я запутался, но ты в ловушке.

Анька молча схватила сковородку, которую недавно отобрал у меня Дмитрий-первый, и со всего маху приложила ею Дмитрия-второго. Спасло зверюшку только то, что он начал обращение, а оборотней, как известно, сковородкой не возьмешь. Так, синяк на темечке останется.

— Ведьма! — ругнулся тот, отряхиваясь от вылившегося на него масла. — Ты чего?

— Семейную жизнь репетирую, — сладко улыбнулась ему Анька. Кто в их семье будет главным, сомнений не вызывало.

— А что, чебуреков сегодня уже точно не будет? — грустно поинтересовался Арсюша. — Ладно, изверги. Меня прислали за душой…

Да кто бы сомневался в этом! Ни для кого из присутствующих это не стало откровением. И каждый тут же высказал предположение, за чьей конкретно душой Арсения Гаврииловича послали. А Анютка, пользуясь случаем, даже набросала списочек, чьи души она готова прямо сейчас отправить вместе с ангелом. Досрочно, так сказать, с подвернувшейся оказией. Арсюша слушал нас молча, не перебивая, но и не опровергая ни одного слова.

— Нет, — сказал он наконец, — души живых меня не интересуют.

— Офигеть, — встряла Катька. — Дядя Арсений, я была о тебе лучшего мнения!

Ангел еще раз вздохнул, покосился на валяющуюся на полу сковородку и был вынужден во всем признаться.