Читаем На съемочной площадке полностью

У нас с Остином все было сейчас очень и очень странно. Посудите сами: когда мы виделись в последний раз, нам не удалось закончить разговор, плавно перетекший в ссору, потому что мне нужно было идти на съемку. Потом Дрю устроил импровизированное шоу (я почти уверена, что оно было рассчитано именно на Остина!), и в итоге мой друг ушел, как я предполагала, разозленным и обиженным. Но, когда вечером того же дня мы созвонились, он весело сказал, что ему нужно было появиться на собрании команды по лакроссу, чтобы обсудить благотворительный матч, а он совсем об этом забыл, и поэтому был вынужден сбежать, ничего не объяснив. Моей первое реакцией на это было: «ЧЕГО?», потому что я знаю расписание тренировок команды Остина и их собраний, ну да ладно. Другой странностью было то, что Остин ни словом не обмолвился о произошедшем на съемках, вместо этого он все говорил о билетах на матч и о том, как тренер Коннорс гоняет игроков на тренировках. В конце концов мне даже стало казаться, что я оказалась в одном из эпизодов «Сумеречной зоны» - мне привиделся какой-то кошмар наяву, но на самом деле он был просто сном, и в реальности ничего подобного не происходило. Мы с Остином вообще ссорились в моем трейлере? А Дрю целовал меня? Что здесь творится, объясните мне, кто-нибудь! От одних мыслей об этом моя голова вот-вот готова была взорваться, поэтому меня порадовала возможность хотя бы немного стряхнуть с себя это напряжение на тренировках.

Впрочем, «стряхнуть напряжение» - громко сказано, потому что этому усердно мешали Скай и Дрю. Последний красовался, картинно напрягая мышцы, пока Паоло не смотрел в его сторону, а Скай хихикала, проводя пальчиком по его бицепсам и восклицая: «Ого, Дрю, ты та-акой накачанный!». Дрю же то и дело поглядывал на меня, явно ожидая какой-нибудь реакции, но я делала вид, что не замечаю его. После этого идиотского поцелуя мне хотелось размазать его по стенке – и это желание не проходило до сих пор. Что должно твориться в голове у человека, чтобы он решил, что полезть с поцелуями к тому, кто тебя на дух не переносит – хорошая идея? Ох уж эти парни!..

- Так, друзья, - хлопнул в ладоши Паоло. – Вы достаточно размялись, начинаем настоящую тренировку!

Мы втроем вышли на импровизированный бойцовский ринг, чтобы отрепетировать сцену драки между Донованом, Карли и Реджиной, которая подкараулила своих бывших друзей и теперь собралась расправиться с ними лично. Этот бой, по словам Хатча, «закрывает фильм, поэтому он должен выглядеть не как отвратительный мордобой, а как прекрасный танец». Именно над этим Паоло и работал – пытался сделать так, чтобы наши герои танцевали, между делом пытаясь убить друг друга.

Отработав множество выпадов, ударов, блоков и прочего, и прочего индивидуально, мы должны были приступить к непосредственной репетиции сцены, которая войдет в фильм. Скай выразительно вздохнула и начала обмахиваться ладошками.

- Ты, должно быть, устала, - заботливо заметил Дрю. – Давай-ка… - и он легко подхватил ее на руки, а она рассмеялась, заболтав в воздухе ногами. Дрю обернулся на меня и многозначительно приподнял бровь, как бы говоря: «Видишь, что ты потеряла?». Я закатила глаза.

- Кто хочет начать? – громко поинтересовался Паоло, прерывая столь чувственный момент. Наш финальный бой-танец начинается с единоборства Реджины и Донована, а затем в схватку вступает Карли, перетягивая внимание подруги-предательницы на себя.

- Мы, - Скай резво соскочила с рук Дрю и указала на меня. Затем обернулась на Дрю, и они обменялись змеиными улыбочками. Что они задумали?

- Кейтлин? – посмотрел на меня Паоло.

- Конечно.

Скай хищно улыбнулась и надела перчатки. Я взяла свою пару, стянула волосы в хвост и подошла к ней. Лиз, Надин и Мэдисон, сидевшие на скамейке у дальней стены, разом вскочили и подошли ближе. Даже Родни отвлекся от своей индивидуальной тренировки.

- Это будет легко, Скай, - крикнул Дрю. – С ней всегда легко… Во всех смыслах.

- Следи-ка за своими словами, юноша, - предупредил Родни.

Мы со Скай уставились друг на друга, практически не моргая. Мы стояли так близко, что я чувствовала сладкий запах ее духов, видела расплывшуюся подводку над глазами и крохотную родинку над губой.

- Возможно, тебе стоило бы перечитать сценарий, - бросила я Дрю, не оборачиваясь. – Карли побеждает, если ты забыл.

- Да, но Карли там неплохо потрепали, - заметила Скай и резко выбросила руку вперед. Я выставила блок, схватила ее за руку и резко выкрутила, как и было задумано. Свободной рукой я ударила ее в живот (это вышло уже чуть сильнее, чем планировалось)

- Ай! – завопила Скай и боднула меня головой.

- Девушки, не выходите за рамки, - напомнил Паоло. – Придерживайтесь сценария!

Перейти на страницу:

Все книги серии Голливудские секреты

Похожие книги

Знак Z: Зорро в книгах и на экране
Знак Z: Зорро в книгах и на экране

Герой бульварных романов и новелл американского писателя Джонстона Маккалли, прославленный персонаж десятков художественных фильмов и телесериалов, вот уже почти столетие притягивает внимание миллионов читателей и зрителей. Днем — утонченный аристократ, слабый и трусоватый, ночью он превращается в неуловимого мстителя в черной маске, в отважного и мужественного защитника бедных и угнетенных. Знак его подвигов — росчерк шпаги в виде буквы Z. На экране имя Zorro носили знаменитые актеры нескольких эпох: Дуглас Фербенкс, Тайрон Пауэр, Гай Уильямс, Ален Делон, Энтони Хопкинс, Антонио Бандерас. У вас в руках первое русскоязычное и одно из самых полных в мире исследований литературного и кинематографического образа благородного калифорнийского разбойника Зорро. Эта работа продолжает проект издательства НЛО и журналиста Андрея Шарого «Кумиры нашего детства», начатый книгами «Знак 007: На секретной службе Ее Величества», «Знак F: Фантомас в книгах и на экране» и «Знак W: Вождь краснокожих в книгах и на экране».

Андрей Васильевич Шарый

Публицистика / Кино / Документальное
Тарантино
Тарантино

«Когда я работаю над фильмом, я хочу чтобы он стал для меня всем; чтобы я был готов умереть ради него». Имя Квентина Тарантино знакомо без преувеличения каждому. Кто-то знает его, как талантливейшего создателя «Криминального чтива» и «Бешеных псов»; кто-то слышал про то, что лучшая часть его фильмов (во всем кинематографе) – это диалоги; кому-то рассказывали, что это тот самый человек, который убил Гитлера и освободил Джанго. Бешеные псы. Криминальное чтиво. Убить Билла, Бесславные ублюдки, Джанго Освобожденный – мог ли вообразить паренек, работающий в кинопрокате и тратящий на просмотр фильмов все свое время, что много лет спустя он снимет фильмы, которые полюбятся миллионам зрителей и критиков? Представлял ли он, что каждый его новый фильм будет становиться сенсацией, а сам он станет уважаемым членом киносообщества? Вряд ли юный Квентин Тарантино думал обо всем этом, движимый желанием снимать кино, он просто взял камеру и снял его. А потом еще одно. И еще одно.Эта книга – уникальная хроника творческой жизни режиссера, рассказывающая его путь от первой короткометражки, снятой на любительскую камеру, до крайней на сегодняшний день «Омерзительной восьмерки». Помимо истории создания фильмов внутри содержится много архивного материала со съемок, комментарии режиссера и забавные истории от актеров и съемочной группы.Электронное издание книги не содержит иллюстрации.

Том Шон , Джефф Доусон

Биографии и Мемуары / Кино