Читаем На руинах полностью

Глаза Володина восторженно сверкнули, но он тут же испуганно оглянулся на Авдиенко, сидевшего во время этого разговора с отсутствующим видом, и промямлил:

— Я должен буду все это обсудить.

Однако Самсонова присутствие подполковника милиции при обсуждении сделки, казалось, абсолютно не смущало.

— Естественно, вам потребуется время, чтобы обсудить детали, но уверен, что мы найдем общий язык, — весело сказал он, — вряд ли вы когда-нибудь получите более выгодное предложение.

— А… поставщик — он вполне надежен?

— Вполне, — тон Самсонова стал небрежным, — это крупная французская фирма, принадлежит она мне.

— О-о! — взгляд Володина стал чуть ли не подобострастным, а подполковник Авдиенко покашлял, словно желая обратить на себя внимание. Самсонов посмотрел на него.

— С вами, Никита Михайлович, надеюсь, мы тоже будем сотрудничать с обоюдной для нас обоих выгодой. Полагаю, что доход от работы комплекса будет достаточно велик, а экономическая обстановка в стране крайне нестабильная. Опять же — из-за недавних постановлений и ограничений я не могу использовать механизм, с помощью которого раньше конвертировал рубли в западную валюту. Однако ваше ведомство имеет на это полное право.

— Я — не Министерство внутренних дел, — буркнул подполковник, и Самсонов с серьезным видом подтвердил:

— Конечно, нет. Но позже я объясню вам, какими лазейками в структуре МВД можно будет воспользоваться, чтобы перечислить деньги на счет зарубежной фирмы. Одна треть дохода, полученного от работы комплекса, будет принадлежать вам — в валюте, естественно.

— А фирма, конечно, та же самая — ваша? — в глазах Авдиенко мелькнул огонек, и Самсонов это подметил.

— Разумеется. Затем вашу долю я переведу на ваш зарубежный счет или на счет вашей дочери, например.

— Гм. Над этим я еще подумаю, — подполковник почесал затылок и откашлялся. — И где же вы территориально хотите разместить комплекс?

— Я уже нашел прекрасное место. Год назад музей Ленина на Первомайской закрыли, поскольку там обвалилось правое крыло. Сейчас комиссия решила окончательно: здание музея реставрации не подлежит, экспонаты временно разместят на улице Луначарского, а там… видно будет. Здание уже сносят, как вам известно — вот на его месте я и предполагаю возвести комплекс. При хорошей организации это займет менее полугода и полностью окупит себя за два-три месяца.

От неожиданности полковник даже откинулся назад.

— Дорогой мой Леонид Аркадьевич, вы слишком много времени провели за рубежом в капстранах, — в голосе его звучала явная ирония, — ни горком партии, ни горисполком не позволят занять территорию музея Ленина под комплекс. Еще окончательно не решено, что там будет — новый ли музей Ленина, или музей городской славы. Должно быть что-то в этом роде — горожане место хорошо знают, оно у них будит определенные ассоциации. Придется вам найти другой район — не столь исторический.

Самсонов насмешливо хмыкнул и пренебрежительно дернул плечом.

— Что за ерунда! От местоположения зависит доход — Первомайская улица лежит на центральной магистрали города. Меня это место вполне устраивает, а уж найти аргументы для того, чтобы убедить отцов города, — ваша задача, Никита Михайлович.

— Моя? Вы шутите? Я сам, как член партии, буду возражать против подобного кощунства! Подумать только — на месте памяти вождю революции разместить бордель с вашими массажистками!

Володин, не выдержав, отвернулся и хрюкнул, Самсонов же принял нарочито серьезный и виноватый вид.

— Простите, Никита Михайлович, если я задел ваши чувства!

— Не стоит смеяться, пресса обязательно все вытащит на свет божий, у них на такое собачий нюх. При нынешней гласности никому не хочется скандала, сами понимаете. Если, конечно, обойтись без массажисток…

— С прессой мы договоримся, не страшно, а массажистки принесут половину дохода, сами понимаете. Помимо того, что это для нас и лишняя информация и компромат. Разумеется, когда будете приводить в горкоме аргументы в пользу комплекса, массажисток можно особо не рекламировать.

— Боюсь все же, мне не удастся убедить горком партии.

— Не удастся вам — удастся Гориславскому. Он ведь вам очень многим обязан, если я не ошибаюсь. Да и вашей супруге, которая работает в городской прокуратуре, тоже.

— Гм, — Авдиенко смутился, — не совсем понимаю, откуда вы могли получить такого рода информацию.

— Начиная новое дело, я, прежде всего, собираю информацию. Это обходится мне очень дорого, но, в конечном счете, с лихвой окупается. Так как?

Подполковник немного подумал и кивнул.

— Хорошо, попробую. Официально возглавлять кооператив будете вы?

— Ни в коем случае, официально я к этому вообще не должен иметь никакого отношения. Председателем кооператива и директором комплекса станет Тихомиров Алексей Прокопьевич, все документы будут оформлены на его имя.

— Тихомиров? — поразился Авдиенко. — Сын Ирины Тихомировой, бывшего директора гастронома? Это который парикмахер?

— Он самый.

— Продувная была баба, хоть и погибла нелепо, но сын-то этот у нее, я слышал, вроде бы… гм… особо умом не отличается.

Володин, хитро прищурив один глаз, вступил в беседу.