Читаем На руинах полностью

Майор Корнилов, расследовавший это дело, был, что называется, человеком с головой. Года за полтора до описываемых событий он решил распрощаться с органами и испробовать свои силы в бизнесе, но особого успеха на этом поприще не добился. В конце концов, Авдиенко уговорил Корнилова вернуться в родную милицию — он ценил умение майора обобщать и анализировать факты.

Начал Корнилов с того, что изучил все случаи необъяснимого исчезновения людей в городе за последний месяц. Мельком просмотрел дело подростка, сбежавшего из дома после драки с отчимом, и убрал обратно в папку — побег был вполне объясним и явно спровоцирован взрослыми. Мальчик, если жив, скорей всего, прячется у бабушки или других родственников. Заинтересовался заявлением матери гражданина Ивана Ефремова об исчезновении сына — почему мать, а не жена? Вроде бы любящая супруга должна первой забить тревогу.

По словам матери Ефремова семья сына всегда была прочной, он любил жену Галину еще со школьной скамьи, и она, его, казалось, тоже. Однако в день исчезновения Ивана его мать с утра встретила подругу, и та сообщила, что работница их завода Мария Егоровна Голубкова рассказывает о Галине нехорошие вещи — будто накануне вечером застала ее в непотребном виде с другим мужчиной, когда пришла покупать мясо. Где это произошло, Голубкова не упомянула, но мать испугалась, что сейчас пойдут сплетни, и если Иван услышит… Он ведь вспыльчивый, может такое натворить! Не зная, что делать, она решила поскорее рассказать ему обо всем сама. Сын побледнел и после этого в обеденный перерыв ушел с работы, сказав начальнику, что заболел ребенок. По словам жены Галины, он прибежал домой и начал на нее кричать, а потом куда-то ушел. Галина решила, что на работу, но на завод Ефремов не вернулся и с тех пор вообще нигде не появлялся — ни дома, ни на работе. Жена плачет и, конечно, напрочь отрицает обвинение в супружеской измене.

Короче, обычная ссора супругов. Похоже, что муж решил бросить супругу-изменницу и начать новую жизнь где-то в другом конце страны — эка невидаль! И, тем не менее, во всей этой истории Корнилова кое-что крайне заинтриговало. Где, например, вечером в городе можно купить мясо, если его и днем с огнем не сыщешь? Почему следователь не расспросил подробно эту самую Голубкову, из-за длинного языка которой весь сыр-бор и разгорелся?

К делу Ефремова майор вернулся чуть позже, когда читал заявление гражданина Голубкова об исчезновении жены. Никаких скандалов или сцен ревности, как у Ефремовых, тут и в помине не было, жена приготовила ужин, а когда муж после еды прилег перед телевизором отдохнуть, она вышла из дому и как в воду канула. Это была именно та Мария Егоровна Голубкова, о которой упоминала мать Ефремова. Исчезли гражданин Ефремов и гражданка Голубкова, в одно и то же время, исчезли, словно в воду канули — так же, как Тина Валевская и ее спутники.

Интуиция подсказывала Корнилову, что между всеми этими случаями есть нечто общее. Позвонив по внутреннему телефону, он вызвал оперативника Богданова, занимавшегося делом исчезнувшей гражданки Голубковой. и сказал:

— Вот что, Шурик, нынче же еще раз побеседуй с мужем Голубковой, пусть снова и во всех подробностях припомнит их беседу перед ее уходом из дому. Да, и ознакомься лично с делом Ефремова — допроси еще раз его супругу и попробуем найти зацепку. Но, прежде всего, забеги в офис к Володину — он ведь теперь у нас стал вроде как монополистом по снабжению города мясом. Так вот, забеги к нему и узнай… гм… узнай, где поздно вечером в городе простому гражданину вроде Голубковой можно купить мясо.

Володин так и не сумел подавить свою неприязнь к Шалимову, хотя со времени их противостояния на городском рынке прошло два года. Он признавал, что Муса с его лисьим нюхом и полным отсутствием моральных устоев незаменим в тех случаях, когда нужно выследить или запугать конкурента — недаром Самсонов взял этого хитрого татарина в свой штат — и, тем не менее, нынешняя неудача Шалимова заставила его позлорадствовать.

— Люди разные приходили, много людей, — равнодушно говорил Муса, — с мясокомбината его приятель Щербинин приезжал, он на мясокомбинате работает. Но никто ничего не разгружал.

— Ты говоришь, товар не отгружали, но мой человек сообщил, что этой ночью брат Тихомирова опять продавал мясо.

Муса развел руками.

— Никто не приезжал, головой клянусь. Моих ребят не провести, была б машина, знали бы. Не было машины.

— Значит, твои люди плохо работают, Муса.

Лицо Шалимова осталось непроницаемо спокойным.

— Лучше моих людей никто не работает, — все также равнодушно сказал он. — Самсонов велел за комплексом следить — следим. Мимо моих людей и муха не пролетит.

— Ты говоришь, его приятель на машине приезжал. Не мог он товар подвезти?

Муса отрицательно мотнул головой.

— Приехал, два пакета забрал и тут же уехал. Ничего не привозил. Будем следить еще.