Читаем На расстоянии полностью

— Придурок! — крикнула она и схватив с края стола чей-то бокал наполненный коричневой жидкостью — выплеснула ему в рожу. С закрученных прядей волос парня, жидкость тут же стала попадать в глаза, и сильно зажмуривавшись — он принялся протирать их пальцами, но видимо, жжения эти действия не уменьшало, и он раздраженно зашипел. Элеонора довольно улыбнулась, и развернулась, чтобы уйти, но стоило ей только сделать шаг, как она услышала грохот. Обернувшись, она шокировано разинула рот: стол был перевернут кверху ногами, а содержимое безжалостно уничтожено: превратившись в осколки. Он молча стоял и победоносно улыбался не сводя с неё такого же взгляда.

— А теперь прибери здесь. — выплюнул он переступая гору осколков. Проходя мимо он снова посмотрел на неё, и Элеоноре показалось, что в его глазах сверкнуло что-то безумное, что-то очень страшное, такое, от чего ясно осознаешь, что с таким человеком лучше не связываться. Когда он прошел, она перевела потерянный взгляд на зал: множество пар глаз смотрели на неё не мигая, и ей захотелось провалиться сквозь землю. Прекрасный конец, первого рабочего дня!

— Ты сумасшедший! — выкрикнула Элеонора во все смотря на брата. Артём скрестив руки на груди улыбался, и это ещё больше раздражало её. — Как ты мог на такое согласиться?!

— Эля, прекращай. Здесь нет ничего такого. Даже больше скажу, мы могли влезть в большие проблемы… — заговорил Артём разворачиваясь и начав идти по коридору. Элеонора тяжело дыша засеменила за ним.

— Демидов очень просил пристроить парня, и научить уму разуму. Хотя мог бы устроить нам полную жопу за твой неконтролируемый язык… — Артём резко остановился и идущая Элеонора чуть не влетела в его спину. — Ты позволила себе дерзость, Эля. — он укоризненно на неё взглянул.

— Я?! — завопила она. — Ты бы слышал какие гнусности он мне предлагал! Он назвал меня второсортной теткой!

— И это тебя задело больше всего. — утвердительно произнес он, приподняв уголки рта.

— Ой перестань, я старше тебя всего на год. Так что мы в одной лодке.

— Как бы ни было, парень будет работать помощником бармена. Пока что мы берем его на месяц, а там посмотрим… — перешел к делу он и снова начал идти в прежнем направлении.

— Но, почему бы им просто не оплатить ущерб? Зачем нанимать его?! — искренне негодовала Элеонора, быстро перебирая ногами облаченные в любимые туфли на высокой шпильке.

— Демидов очень огорчен поведением сына, и уже не знает, что с ним делать. Он чуть ли не плакал в трубку, умоляя меня занять того работай. И может, тогда его поведение наладится: когда он будет чем-то занят и поймет как трудно достаются деньги.

— Прекрасно! А у нас тут, я смотрю, исправительная школа для отморозков! — саркастично воскликнула Элеонора взмахнув руками. — Тёма, ты совершаешь ошибку. Твоя душевная доброта аукнется тебе. Поверь мне. — она остановилась и схватила брата за локоть. Ярко-зеленые глаза Артёма с замешательством на неё уставились. — Ты понимаешь, что я не смогу с ним работать?! Он оскорбил меня, угрожал. Как после этого мне с ним пересекаться?! Я молчу про рабочие моменты…

— Эль, я беру его на себя. — глаза брата одарили её теплотой. — Не переживай, я буду сам его контролировать. Можешь даже с ним не разговаривать.

Элеонора фыркнула и покачала головой. Ей просто не верилось, что придется работать, находиться в одном помещении с этим упырем. О, как же она злилась наматывая круги по квартире той ночью. Она так и не смогла уснуть, а если и прикрывала веки, сразу же видела перед собой: черней ночи глаза и звериный оскал. Устрашающая гримаса, которая до сих пор стояла перед её глазами. Да, скрывать нечего — его слова задели её. Как бы она не любила себя, как бы не ухаживала за собой, но скорое приближение тридцатичетырехлетия угнетало её. Да, на её лице ни морщинки, начав уход за лицом с раннего возраста дало свои плоды. Кожа ровная и подтянутая и, пока что без единого укола. Правильное питание и спорт держат её тело в идеальных пропорциях. И не раз ей говорили, что она выглядит намного моложе своего возраста. По сути, тридцать четыре — это совсем не приговор. Она только в расцвете своей жизни. Но слова этого сопляка задели её так, что теперь она не отходит от зеркала в поиске «к чему бы придраться».

— Ты всё решил, понимаю. — вкрадчиво заговорила она, смиряясь. — Но знай, что я против. Он мне ненавистен, и я не хочу видеть его в этих стенах. Если с ним возникнут проблемы, я не смогу тебе помочь. Знай это.

— Я тебя понял. — Артём улыбнулся увлекая за собой сестру, и напоминая, что их ждут в зале.