Читаем На пределе жизни полностью

На берегу Карского моря двадцатиградусный мороз, слегка струится поземка.

На другой день недолгий перелет до Игарки — большого речного и морского порта в нижнем течении Енисея. Теперь, когда мы немного уклонились к югу, нас начинает нагонять весна. Заметно пригревает солнце. Источенный язвами снег напитался водой и осел. По удобренным лошадьми дорогам текут ручейки, а местами даже настоящие реки. У домов на солнцепеке появились первые проталины. Наш прилет в Игарку совпал со знаменательным событием. В этот день над Енисеем был виден надежный вестник приближающейся весны — первый пролетающий к северу косячок тундровых гусей-гуменников.

Первых показавшихся весной гусей на Севере всюду метко называют разведчиками. И действительно, нередко случается так, что появившиеся одиночные птицы, словно «выяснив обстановку», исчезают, а вскоре начинается прилет их большими стаями. На самом же деле птиц, прилетевших первыми, обычно возвращает обратно бескормица. Срок их массового прилета довольно точно определяется появлением больших и устойчивых проталин, а вместе с ними и необходимых кормов.

Вперегонки с весной двигаемся дальше то на восток, то на северо-восток. Здесь опять зима, мороз и поземка.

Наконец, садимся в Тикси. Позади без малого пять тысяч километров пути. Всего несколько десятков лет назад на эту дорогу нужно было тратить месяцы. Теперь обычный пассажирский самолет летит от Москвы до Тикси два-три дня. Для реактивного здесь работы всего на несколько часов.

Будущие островитяне в сборе. Наш отряд невелик, в нем всего пять человек. В обязанности Юрия Александровича Кручинина — гляциолога — будет входить изучение и описание ледников, покрывающих большую часть острова Беннета. С Юрием Александровичем я встречался в Ленинграде. Он впервые едет в Арктику, но чувствуется, что не впадет в уныние и не сдаст перед будущими невзгодами (конечно, они ждут нас на далеком, уединенном северном острове). С таким крепким и веселым спутником можно смело выходить в тяжелый маршрут.

Существующие карты острова, составленные лишь по данным аэрофотосъемки, требуют серьезных поправок и уточнений. Поэтому в нашем отряде есть топограф — Вениамин Михайлович Картушин; ему же предстоит заниматься и геоморфологическими исследованиями — описывать формы поверхности острова, выяснять их распределение и происхождение. Вениамин Михайлович в Арктике тоже новичок, но за его плечами долголетний жизненный путь. Он выдержан и уравновешен, а это главные добродетели полярника.

Радист Слава Суверов недавно демобилизовался из армии и в Арктике, как и вообще в экспедиции, впервые.

Слава пока с опаской присматривается к начавшейся новой жизни. Иногда в его взгляде улавливается откровенная растерянность. Однако ясно, что в активе Славы также крепкие нервы. Самый молодой и самый низкорослый среди нас метеоролог отряда Герман Максимов. На острове Беннета, его ждет, пожалуй, самая хлопотливая работа. Ежедневно, днем и ночью через каждые четыре часа, ему предстоит проводить полные наблюдения над погодой, обходить многочисленные приборы, стоящие на улице и в палатках, снимать с них показания. В августе Герману должно исполниться двадцать три года, но он уже «старый» полярник; окончив арктическое училище, успел поработать на нескольких полярных станциях. Кроме того, Герман жизнерадостен, шустр и хороший лыжник.

Последний, пятый участник предстоящих работ на острове Беннета — я.

Несколько дней пребывания в Тикси прошли в бесконечных хождениях и беготне по складам, базам, мастерским. Здесь предстояло получить продовольствие и часть снаряжения, зарядить аккумуляторы для нашей небольшой радиостанции. Только это требовало немалого времени. К тому же, одно за другим следовали печальные открытия. Что-то застряло в пути и, по-видимому, безнадежно. Что-то забыто в Ленинграде или в Москве, что-то сломалось и требует ремонта. Привезенные трубы к железным печкам оказались слишком коротки и широки. Не хватает существенных частей к каркасам палаток. Не годится захваченный канатик для антенны, не прибыли запасные батареи для радиостанции. Казалось, не будет конца прорехам и недостачам.

Дел хватало для всех. Тикси на нашем пути — последний населенный пункт Большой Земли. Только здесь можно что-либо найти или починить.

Однако затягивать сборы было рискованно: сюда приближалась весна, а с ней усложнялась высадка на остров. Уже сейчас кое-кто из летчиков смотрел на наши приготовления с нескрываемой иронией: выход из строя зимних аэродромов и невозможность посадок самолетов на лыжах действительно означали бы окончательный крах всех наших надежд. Наконец, основное получено, подогнано, сделано. Самолет снова в воздухе. Несколько часов пути — и последняя промежуточная остановка в бухте Темп на северо-западе острова Котельного.