Читаем На пределе полностью

И спасаю порой себя этим,

Ведь потерь никогда не вернуть,

Что потом в себе и не заметим.


Остается порою лишь ждать

И со многим невольно смириться,

Чтоб не долго, но все же летать,

Чтобы ярче огней всех искриться.


09.2022

Искать тепла

Очень страшно подумать порой,

Что однажды окончится лето,

Что холодной и долгой зимой

Я искать во всем буду лишь света.


Я искать во всем буду тепла,

Чтоб на миг хоть немножко согреться,

Днем и ночью, и ночью, и днем

Ждать то миг, чтобы снова раздеться.


Время медленно вновь будет течь,

Отдаляя все даты случайно,

Сердце хрупкое может сберечь

Только то, в чем есть некая тайна.


Календарный нельзя сменить ход,

Остается лишь с этим смириться,

Ведь зима – она тоже пройдет

И капелью в весне раствориться.


09.2022

Безгрешна

Нет чудеснее света любви

И нежнее, и ярче лампады,

При котором все взоры твои:

Ослепительный всплеск канонады.


Вокруг них всюду сумрачный след

И вселенная будто застыла,

Ни пространства, ни времени нет

В том, что есть и свершалось, и было.


Я молюсь всему, я сознаю

Многомерность всего мирозданья,

От того, что так сильно люблю

Без предела и точки отчаянья.


Я в лучах твоих будто исчез

Своим духом и скорбью сомнений

И как будто бы снова воскрес

Для тебя, для каких-то свершений.


Я тобою одной лишь храним

И твое есть во мне очертанье,

Я люблю и тобою любим,

И горю, как ночное сиянье.


Я отвержен людскою молвой

Очень быстро и очень поспешно,

Ведь твой образ – он будто святой –

Ты чиста от того, что безгрешна.


09.2022

Все поет и торжествует

Всюду только лишь мгновенья

Улетают в бесконечность,

Где нет времени теченья,

Где одна лишь только вечность.


Где нет жизни этой ложной,

Где нет призраков бесплотных

И тревоги придорожной,

И волнений мимолетных.


Там сливаются названья,

Чтоб в себе же раствориться,

И тревоги, и желанья

Там не могут воплотиться.


Там живут другие сказки

И душа всему открыта,

И божеств святые ласки

Всюду льются через сито.


Без тревоги и явлений

Все лишь только существует

И в отсутствии сомнений

Все поет и торжествует.


09.2022

Любви сияние

Для чего под небесами

Безнадежно я витаю?

И влюбленными глазами

Все безмерно постигаю?


От чего так безрассудно

Мне дается лишь Земное?

От чего ежеминутно

Мы не вместе, нас не двое?


Все спонтанно, все мгновенно,

Все твердит и умолкает?

И в ненастный день смятенно

Все как будто умирает?


Ветер плачет и жалеет,

Он один во всем всевластен:

От того и тайно веет –

Потому что сам несчастен.


Жду финального забвенья,

Признак жизни, признак рая,

Пылких чувств своих теченья,

Что журчит не умолкая.


И в минуты всех сомнений

Жду прекрасное виденье,

Сердце жаждет утешений,

В коих есть одно волненье.


Всюду меркнет обаянье

И торопится поспешно,

Но любви моей сиянье

Очень кротко, очень нежно.


09.2022

Случайный разговор

Порой случайный разговор

И мимолетная тревога

Меняют умыслы и взор,

В котором прожитого много.


И все раскаянья любви

В миг угасают без участья

И хоть лови, хоть не лови

Минуты прожитого счастья.


Одна лишь участь так грустна,

Как воли лунное сиянье,

И в ней искриться недолжна

Разлука, страсть и упованье.


Гнетет ярмо, позор гнетет

В тяжёлом зное полусвета

И все стоит – чего-то ждет,

И я смотрю, и вижу это!


09.20022

Больная душа

Душа ревет моя больная -

От боли вся изнемогла

И только ночи тень густая

В нее как будто бы легла.


Она не слышит больше звуки,

Не видит солнца яркий свет

И слезы горькие разлуки

Уже свели ее на нет.


Ее предсмертное дыханье

Внутри сжимает мою грудь,

Как мимолетное страданье,

В котором страсть ее и суть.


09.2022

Просторы сердца

В просторах сердца моего

Нет тишины уединенья

И боли нет сильней всего,

Чем боль от стужи и волненья.


В унылой дымке облаков

Потерян свет его страданий

И дом родной – смиренный кров –

Наполнен мигом ожиданий.


И даже жуткая печаль

Сюда не думает соваться,

Ведь только даль, одна лишь даль,

Умеет в нем всегда скрываться.


Любви покров его хранит

В порывах гиблого забвенья:

Он, как фундамент, как гранит,

От слез, наполненных презренья.


И только сон, и только тишь

Несут блаженные порывы

И ты их чувствуешь, и зришь,

Сквозь мимолетные мотивы.


09.2022

Боязнь терять

Чужих лиц слишком много вокруг,

А знакомых нет вовсе и рядом,

И любви моей замкнутый круг

Уничтожен фугасным снарядом.


Пустота в моем сердце с тех пор

И забвение всюду томится,

И ее исключительный взор

Наблюдает за мною, как птица.


Степень риска уж так велика

И с ума сойти можно отгрусти

От того, что моя же рука

Еще много в жизни допустит.


Самому себя сложно понять,

Когда сводит сума все и всюду,

Ведь боязнь все спонтанно терять

Лишь подобна великому чуду.


09.2022

Встречи, Разлуки

Все никак не могу я забыться

И мечты заглушить в себе все,

Ведь в душе моей пламень таится

И тоска моя в этом огне.


В плен берут лишь тревожные тени

И с ума меня сводят всю ночь,

Так как в сне моем нет сновидений,

Без которых порою невмочь.


В этой неге как будто бы слились

Все явленья несбыточных грез

И мне в сердце, как иглы, вонзились

Без боязни, сомнений и слез.


Понимаю, что встречи – разлуки

Наполняют лишь множеством дум,

В коих тают все песни и звуки

Для того, чтоб остался лишь шум.


09.2022

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Маршал
Маршал

Роман Канты Ибрагимова «Маршал» – это эпическое произведение, развертывающееся во времени с 1944 года до практически наших дней. За этот период произошли депортация чеченцев в Среднюю Азию, их возвращение на родину после смерти Сталина, распад Советского Союза и две чеченских войны. Автор смело и мастерски показывает, как эти события отразились в жизни его одноклассника Тоты Болотаева, главного героя книги. Отдельной линией выступает повествование о танце лезгинка, которому Тота дает название «Маршал» и который он исполняет, несмотря на все невзгоды и испытания судьбы. Помимо того, что Канта Ибрагимов является автором девяти романов и лауреатом Государственной премии РФ в области литературы и искусства, он – доктор экономических наук, профессор, автор многих научных трудов, среди которых титаническая работа «Академик Петр Захаров» о выдающемся русском художнике-портретисте XIX в.

Канта Хамзатович Ибрагимов , Михаил Алексеевич Ланцов , Николай Викторович Игнатков , Канта Ибрагимов

Поэзия / Историческая проза / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Историческая литература