Читаем На правый бой полностью

Несмотря на сложные погодные условия, отлично действовали наши авиаторы. Только за один день 22 ноября летчики 17-й воздушной армии совершили около 800 боевых вылетов, а всего за время боев на плацдармах — свыше 5 тысяч, уничтожив большое количество боевой техники и живой силы противника[23].

К 29 ноября наши войска прорвали оборону противника на западном берегу Дуная и продвинулись в глубину до 40 километров на 150-километровом фронте. Были заняты крупные узлы коммуникаций Печ, Батажек, Мохач и более 330 других населенных пунктов.

Успехи войск фронта были отмечены благодарственным приказом Верховного Главнокомандующего, что вызвало новый подъем боевой активности.

Приказ Верховного Главнокомандующего, а также передовая статья «Правды» за 30 ноября 1944 года, озаглавленная «Новый прорыв немецкой обороны», по моему совету перепечатанная фронтовой газетой, были доведены до каждого солдата.

Венгрия была уже четвертой страной, на территорию которой ступили войска 3-го Украинского фронта, выполняя освободительную миссию. Опыт подсказывал: наиболее эффективное средство разъяснения личному составу целей и задач — памятка-обращение. Написанная простым, понятным каждому языком, такая памятка была незаменимым, универсальным пособием. Ее мог почитать каждый самостоятельно, ее успешно использовали командиры и политработники, агитаторы и пропагандисты в политико-воспитательной работе.

К тому времени выработалась и соответствующая форма памятки-обращения. Так, вначале давалась краткая характеристика побед Красной Армии в целом. Обязательно подчеркивалось, что в этих успехах заслуга принадлежит и тому, кому адресована памятка: «Это ты уничтожил группировку немцев на юге нашей Родины, разгромил их ныне на территории Венгрии. Только 2–3 последних месяца ты прошел трудный, но славный, победный полуторатысячекилометровый путь от Днестра до озера Балатон».

Значительная часть памятки отводилась разъяснению стоящих перед войсками фронта задач. «Ты вступил на венгерскую землю не с целью захвата территории или изменения существующего в Венгрии общественного строя, — подчеркивалось в ней. — Твое вступление вызвано исключительно военной необходимостью и продолжающимся сопротивлением войск противника». В поддержании высокого наступательного духа войск эта памятка-обращение сыграла не последнюю роль.

Бои не прекращались ни на один день. Все попытки противника задержаться в опорных пунктах терпели неудачу. Бойцы фронта, действуя в трудных условиях распутицы и бездорожья, показывали замечательные примеры мужества и героизма. Гвардии сержант Рубин первым ворвался во вражескую траншею и уничтожил группу немецких солдат. Гвардии сержант Кулибаба штыком, огнем и прикладом истребил 8 гитлеровцев. Рядовой Дудников уничтожил 6 фашистских солдат, а трех взял в плен. Рядовые Маляренко и Ульянов пленили 12 немцев. Гвардии рядовые Пилинчук и Солобой, уничтожив вражеский пулеметный расчет, открыли огонь из трофейного пулемета и нанесли противнику большой урон.

В течение последующих четырех дней наступления войска фронта заняли свыше 400 населенных пунктов, среди которых такие важные города, как Сексард, Капошвар, Пакш, Боньхад, Домбовар, Дунафельдвар, являющиеся также крупными узлами коммуникаций, взяли в плен свыше 3000 немецких и венгерских солдат и офицеров.

5 декабря войска фронта вышли к озеру Балатон и овладели городом и железнодорожным узлом Сигетвар, а также заняли более 120 других населенных пунктов.

После выхода наших войск к озеру Балатон гитлеровцы с лихорадочной поспешностью стали перебрасывать в этот район свежие силы — две пехотные дивизии из Италии, одну с Западного фронта и ряд частей из самой Германии.

Однако остановить наше наступление они были не в состоянии. 6 декабря войска фронта, наступая между озером Балатон и рекой Дунай, заняли более 50 населенных пунктов, а части, действующие между озером Балатон и рекой Драва, освободили свыше 40 населенных пунктов. 7 декабря на этих же направлениях было взято еще свыше 100 городов и сел.

8 декабря наши войска вплотную подошли к заранее подготовленному рубежу обороны противника — к линии Маргариты. В те же дни 46-я армия 2-го Украинского фронта форсировала Дунай южнее Будапешта и, прорвав оборону противника на западном берегу, соединилась у озера Веленце с войсками 3-го Украинского фронта и перешла в наше подчинение.

Однако попытки 9 декабря с ходу прорвать оборонительный рубеж противника результатов не дали. Тогда командующий фронтом отдал приказ перейти к обороне, произвести перегруппировку и накапливать силы для дальнейшего натиска на врага.

Перейти на страницу:

Все книги серии Военные мемуары

На ратных дорогах
На ратных дорогах

Без малого три тысячи дней провел Василий Леонтьевич Абрамов на фронтах. Он участвовал в трех войнах — империалистической, гражданской и Великой Отечественной. Его воспоминания — правдивый рассказ о виденном и пережитом. Значительная часть книги посвящена рассказам о малоизвестных событиях 1941–1943 годов. В начале Великой Отечественной войны командир 184-й дивизии В. Л. Абрамов принимал участие в боях за Крым, а потом по горным дорогам пробивался в Севастополь. С интересом читаются рассказы о встречах с фашистскими егерями на Кавказе, в частности о бое за Марухский перевал. Последние главы переносят читателя на Воронежский фронт. Там автор, командир корпуса, участвует в Курской битве. Свои воспоминания он доводит до дней выхода советских войск на правый берег Днепра.

Василий Леонтьевич Абрамов

Биографии и Мемуары / Документальное
Крылатые танки
Крылатые танки

Наши воины горделиво называли самолёт Ил-2 «крылатым танком». Враги, испытывавшие ужас при появлении советских штурмовиков, окрестили их «чёрной смертью». Вот на этих грозных машинах и сражались с немецко-фашистскими захватчиками авиаторы 335-й Витебской орденов Ленина, Красного Знамени и Суворова 2-й степени штурмовой авиационной дивизии. Об их ярких подвигах рассказывает в своих воспоминаниях командир прославленного соединения генерал-лейтенант авиации С. С. Александров. Воскрешая суровые будни минувшей войны, показывая истоки массового героизма лётчиков, воздушных стрелков, инженеров, техников и младших авиаспециалистов, автор всюду на первый план выдвигает патриотизм советских людей, их беззаветную верность Родине, Коммунистической партии. Его книга рассчитана на широкий круг читателей; особый интерес представляет она для молодёжи.// Лит. запись Ю. П. Грачёва.

Сергей Сергеевич Александров

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное

Похожие книги

100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное