Читаем На острие свечи полностью

Когда мальчишка убежал, Луч отставил в сторону недоделанного идола и взял заготовку для медальона. Он долго глядел на кусок дерева, размышляя, какой узор надо вырезать, чтобы к человеку вернулся разум. Обычно когда возникал нужный образ, то по спине и рукам начинала бежать мелкая дрожь.

И чем сильнее она была, тем лучше срабатывал амулет. Но сейчас тело молчало, не проявляя никаких знаков. Хотя нет. Какое-то необъяснимое беспокойство он чувствовал с самого утра и безуспешно пытался заглушить его. Замерев, он внимательно прислушался к своим ощущениям.

Сверху донёсся зловещий шорох ветра. Луч поднял голову, силясь понять, почему обычный звук вдруг показался ему таким жутким. И вдруг до него дошло, что это мрачное настроение вовсе не из-за звука, а наоборот, от неестественной тишины. Не свистели птицы, не гудели шмели, не стрекотали кузнечики. Лишь деревья тревожно шептались и постанывали.

Луч отложил деревяшку и решил сходить проведать друга детства.

Он застал Воронёнка, сидящим возле пустого шалаша.

– Где Лис?

– Не знаю! Думал, до кустов пошёл, но что-то долго его нет.

– Опять куда-то ушёл?

– Да куда он мог уйти?! Он на ногах-то еле стоит. До кустов ползком добирается. Может, упал и встать не может? – Воронёнок поднялся и скрылся за деревьями. Через минуту вернулся с испуганным выражением лица.

– Может, ему лучше стало и он решил прогуляться? – предположил Луч.

– Знаю я, куда он прогуливается! К белым пошёл, наверное.

– Мне кажется, далековато для больного.

– Лучик, миленький, давай догоним его и вернём обратно!

– Нет! – решительно отказался Луч. – Если Лис хочет уйти к белым, я ему мешать не буду.

Воронёнок со злостью топнул ногой.

– Ты не понимаешь! Волк собрал воинов из соседних станов. Они хотят по очереди все деревни белых разгромить. Если Лис будет там, то его убьют!

– А когда они собираются напасть?

– Завтра утром, – прошептал мальчишка. – Сегодня все в нашем стане соберутся. Это будет мой первый бой, и я не позволю Лису предупредить их.

Сказав это, он бросился бежать в сторону пришельцев.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сквозь лабиринт времен

Похожие книги

Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Маринина , Геннадий Борисович Марченко , Александра Борисовна Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное