На крутом переломе

Глава I

Министр долгое время сидел один и в задумчивости смотрел в свои записи. Когда план действий созрел, пригласил к себе помощника.

Придав лицу начальственно-властное выражение, что делал всегда, когда был не в духе и лишний раз хотел подчеркнуть дистанцию между собой и им, он бесстрастно спросил:

— Мне личное дело Никанорова. Срочно! Кто? Бывший главный инженер «Красного вулкана». Директор НИИКметиза. Нынешний.

Вскоре папка с личным делом Никанорова Т. А. была на столе министра. Он принялся изучать анкетные данные Никанорова, хотя и без этого знал их хорошо, как и самого человека. Но ведь не пойдешь в правительство и тем более в Центральный Комитет с данными, составленными лишь по памяти? Надо сейчас же позвонить в ЦК.

Министр набрал номер, который помнил уже не один год, поздоровался и начал без предисловий.

— Нашли мы директора. Кандидат технических наук. Прекрасную школу прошел на заводе: мастер, начальник цеха, секретарь парткома, заместитель директора по производству, главный инженер. А сейчас НИИ возглавляет. Кстати, институт по его инициативе родился. Приезжал, доказывал, что в их мощном индустриальном регионе научный центр крайне необходим. Никаноров и как человек порядочен. Есть в нем какая-то твердость и напористость.

— А в чем он не сработался с Ястребовым? — поинтересовались в ЦК.

— До особо острого конфликта вроде бы не доходило. Просто Никаноров решил заняться наукой.

— И вы хорошего инженера так легко отпустили?

— Институт тоже надо было кому-то возглавлять. Да и завод с программой тогда справлялся.

— Вот именно: тогда. Теперь нам не до науки. Десятки телеграмм от потребителей. Говорите с Никаноровым. Мы не возражаем. А когда он приедет к вам — зайдете.

— Обязательно, — заверил министр и взял пачку телеграмм, в которых потребители жаловались, что «Красный вулкан» срывает плановые и договорные обязательства. Ястребова уберем на автомобильный. Никаноров потянет. Лишь бы согласился.

Министр нагнулся к пульту, нажал на белую клавишу и ровным, даже с оттенком теплоты, голосом попросил секретаршу, чтобы соединила его с директором института Никаноровым.

— По междугороднему — Никаноров! — сообщила она вскоре.

Министр быстро снял трубку.

— Здравствуйте, Тимофей Александрович! Как здоровье? Вот и хорошо. О делах не надо докладывать. Нас радует, что договорные обязательства выполняете. Однако дело сейчас не в институте. Есть предложение: назначить вас директором. — Немного помолчав, досказал: — На «Красный вулкан».

— Но там же есть человек! — удивленно воскликнул Никаноров как-то помимо его воли, словно нечаянно, видимо, сказался инстинкт самозащиты.

— Это не ваш вопрос.

— Но вы-то мне предлагаете место живого человека?

— Пусть это вас не волнует.

— Извините, Владимир Николаевич, но я уже оформил отпуск. Жену надо везти на грязи. Она у меня тяжело больна. Едва ходит. «Надо отказаться любыми путями и способами, — думал про себя Никаноров. — Зачем мне нужен развалившийся завод?»

Однако министр понял уловку Никанорова и, пообещав помочь устроить его жену в лучшую здравницу отрасли, сказал:

— И у нас, в министерстве, и в правительстве крайне озабочены сложившейся обстановкой с нормалями: болтами, гайками и прочим крепежом. Дело государственной важности. От рваной работы «Красного вулкана» десятки автомобильных и тракторных гигантов, сотни других предприятий лихорадит. Это стало системой. Она нам не нужна — слишком накладна для государства. Вы не забыли, сколько потребителей у завода?

— Не забыл. Более двух тысяч.

— Вот именно. Более двух тысяч. Обстановку в стране знаете. «Красному вулкану», чтобы накормить всех потребителей, следовало бы систематически перевыполнять план, ну хотя бы месяцев пять — шесть. Не сомневаюсь, вы справитесь. Сейчас иду докладывать в Совет Министров. Приказ о вашем назначении я уже подписал. Завтра же приступайте к работе. Изучать обстановку будете на месте. Желаю вам самого наилучшего, а главное, чтобы завод работал, как часы.