Поэтому я сделал то, о чем я мечтал… всегда, наклонился к ней и перебросил ее себе через плечо. Я развернулся и направился в сторону парадной лестницы, которая вела к номерам на втором этаже. Она кулаками била меня по пояснице, а я крепче взял ее за бедра, чтобы удержать ее на месте.

– Уайлдер!

Я остановился посреди просторной гостиной.

– Какое у тебя стоп-слово, принцесса?

Она замерла и затихла. Я ждал. Ждал еще. Я не собирался делать ничего до тех пор, пока она не будет осознавать, что она согласна на это. Что мы дадим ей именно то, чего она хотела, что ей было нужно, и больше ничего.

– Красный.

От одного этого слова на меня нахлынуло чувство облегчения. Я пошел дальше к своей комнате, Кинг пошел вслед за нами, и я знал, что уже ничего не будет так, как прежде. Сара была в моих руках, и я не собирался отпускать ее никогда. Она могла сказать «красный», и все бы прекратилось, но в этот раз мы поговорим начистоту. И пока она не произнесла свое стоп-слово, она принадлежала нам. Она будет делать то, что мы ей скажем, или мы отшлепаем ее зад. Мы завладеем ею, какой бы извращенный способ она не предпочла.

Глава Вторая

САРА

Красный. Красный. У меня никогда раньше не было стоп-слова. Я даже не представляла себе, что кто-то мне мог задать такой вопрос. И уж точно не представляла, что это спросит у меня Уайлдер. Милый, задумчивый, сосредоточенный и молчаливый Уайлдер. Но он спросил.

Я была одета, будто направлялась на вечеринку с группой экспертов БДСМ. И я туда действительно собиралась, пока Уайлдер не перекинул меня через плечо и не отправился в противоположную сторону.

И, хотя я выглядела, словно была готова броситься на колени перед каким-нибудь доминантом на вечеринке, внешность бывает обманчивой. Мне действительно нравились острые ощущения. Меня действительно интересовала БДСМ. Я хотела узнать об этом больше, о том, будет ли что-то на этой вечеринке, что заставит меня возбудиться, захотеть, чтобы какой-нибудь парень сделал со мной все то, о чем я фантазировала так часто. Может, у меня раньше и не было секса, но я точно знала, чего я хотела.

Я хотела жестко. Неистово. Я хотела, чтобы меня бросили на пол, связали, поставили на колени. Я хотела всего этого, не потому что я прочитала кучу любовных романов или насмотрелась порно.

Нет, я хотела этого, потому что… я хотела этого. Я почти всю свою жизнь осознавала, что я была немного не такой, как все. Я никогда не разыгрывала свадьбы для своих кукол Барби. Я связывала своей кукле руки за спиной резинкой для волос. Я не наряжала ее в прелестные платьица. Я раздевала ее. В моей голове были темные мысли даже до того, как я узнала, что такое секс. Тогда я не могла объяснить этого, я и сейчас не могла этого сделать, я просто всегда знала, что была устроена немного иначе. Больше никак я не могла этого объяснить. И я не обсуждала этого со своими подружками. Почему я хочу, чтобы меня связали и оттрахали? Да уж, такой вопрос не прошел бы на ура на пижамной вечеринке.

Миссионерской позы для меня было недостаточно, даже для первого раза. И именно поэтому первого раза у меня так и не было. Я так и не нашла подходящего парня, который бы понял, что мне было нужно, или с кем бы я чувствовала себя достаточно комфортно, чтобы рассказать об этом.

Это относилось и к Уайлдеру с Кингом. Я была влюблена в них со времени, когда мне было тринадцать, с лета перед седьмым классом. Впервые я увидела их на третьей свадьбе своей матери. В тот раз она выходила замуж за богатого фермера, соседа родителей Кинга. И так как моя мать выходила за местного – в этот раз – были приглашены абсолютно все жители Барлоу. И многие в итоге объявились на празднике, включая Уайлдера и Кинга.

Единственной причиной, по которой, на мой взгляд, двое девятнадцатилетних парней могли прийти на подобную вечеринку, был легкий доступ к алкоголю. В тот день Дэнни Сейерс зажал меня за деревом и схватил за едва сформировавшуюся грудь через майку, я оттолкнула его, и тут же появились они и напугали его так, что он чуть в штаны не наложил. И, хотя они и пальцем не тронули этого несчастного Дэнни, они все же преподали ему урок о том, как нужно было вести себя с леди – пусть и с тринадцатилетней – и о том, когда «нет» значило «нет». Он учился в моем классе до самого выпускного, но он ни разу не заговорил со мной с того дня. Даже старался не смотреть в мою сторону.

И все годы в школе я не думала ни о нем, ни о других мальчишках. Все, что я видела своими подростковыми глазами, были Уайлдер и Кинг. Да, они оба. Возможно, это и было первым знаком, по которому я поняла, что была не такая, как все. Я влюбилась в двух мужчин сразу. И они действительно были мужчинами. Высокие, мускулистые, чрезвычайно собранные. Один брюнет, другой блондин. Один поджарый, другой крупный. Шикарные. Четыре года подряд я ласкала себя, доводила себя до оргазма, представляя, как они трогали меня, завладевали мной. Черт побери, трахали меня.