Читаем На краю (ЛП) полностью

Как много горечи всего в одном слове.

Сердце Эммы забилось быстрее. Ей стало больно за него. Ей была знакома его боль, которая никогда не исчезнет. Просто однажды станет постоянным спутником.

— Мне жаль, — прошептала она.

— Спасибо.

Девушка снова задрожала, на сей раз от избытка эмоций, а не от холода.

— Все еще холодно? — его руки снова поползли вверх по ее рукам.

— Немного.

Она откинула голову на рюкзак. Он пах, как Райан, — мускусом и землей. Она сделала глубокий вдох и почувствовала, как его бедра под ней дернулись. Из-за нее у него затекли ноги.

Но он же сам затащил ее себе на колени, разве нет? Так что, теперь ему придется смириться с этим.

Эмме нравилось его компания. Нравилось беседовать с ним. За последние сутки случилось столько всего ужасного, столько невообразимо жутких вещей.

И она до конца еще не осознала их все. Девушке было дурно от обуревающих ее эмоций, и даже такие примитивные вещи, как, например, пописать в лесу, казались ей пугающими.

Но когда он касался ее, она чувствовала себя защищенной от всего этого.

Райан продолжил растирать ее руки, пытаясь согреть ее. На ощупь его ладони были очень теплыми и твердыми, а его размеренное дыхание действовало на ее организм, как наркотик. Правда, ей все же лучше отодвинуться и дать и ему отдохнуть.

Но веки словно свинцом налились, и ей вовсе не хотелось снова оказаться на холодной твердой земле.

Она сделала еще один долгий глубокий вдох и закрыла глаза.

***

Райан сразу же понял, что девушка уснула. Ее дыхание выровнялось, тело расслабилось, а жар ее кожи пробрал его до костей.

Он поверить не мог, что так издевается над собой. Он сам усадил ее себе на колени и следующий час, вне всяких сомнений, проведет в Аду.

Он откинул голову назад, прижавшись к стволу дерева, и постарался сосредоточиться на дожде, муравьях и остром голоде, который ощущал, — что угодно, только не едва ощутимый аромат кокоса, который сводил его с ума.

Ему хотелось схватить прядь ее волос и прижать к лицу, но она, скорее всего, развернется и ударит его, и ему не в чем будет ее обвинить.

Черт.

Мысль о том, как она ударит его, ни капельки не помогла. Это была, скорее, очень даже сексуальная мысль.

Райан закрыл глаза. Он снова подумал о поставленной перед ними задаче и прошелся по списку глупых решений, которые привели его к тому положению, в котором он сейчас находился.

Для начала, он сам вызвался проверить восточную часть леса, прекрасно зная, что так у него будет больше всего шансов найти ее. Когда он нашел ее, он отбросил все правила и позволил себе увидеть в ней женщину, а не выжившего в крушении самолета человека, которого необходимо спасти. А затем он усугубил свою ошибку, позволив ей уговорить себя остаться с ней наедине.

Но ему показалось этого мало. Он завел с ней разговор на личные темы, пока их беседа не перешла в перешептывания в темноте.

Эмма пошевелилась, и все внутренности у него свело. Дьявол, да у него ножевые ранения были менее болезненные, чем эта пытка. Все ее округлости, которые так и хочется сжать, в пределах доступа, и если она не прекратит ерзать на нем, то он наверняка сойдет с ума.

Мужчина сцепил зубы и сосредоточился на том, что она недавно сказала ему.

Самолет резко тряхнуло.

Ее отчет совпал с тем, что он уже знал, рассмотрев крыло самолета. А то, что случилось с крылом, соответствовало тому, что они обсуждали на инструктаже: существует определенная доля вероятности того, что крушение произошло не из-за технических неполадок.

Эмма тяжело вздохнула, и, тихо что-то пробормотав, сползла еще ниже вдоль его тела. Она права: ноги у него затекли, но он был рад этому онемению.

Ему нужно прекратить думать о ее теле. Нужно прекратить представлять себе, как он подомнет ее под себя и попробует на вкус эти губы.

Затылок словно иголочками закололо. Райан крепче вцепился в девушку и сел прямо, прислушиваясь. Дождь барабанил по листьям над их головами, но он старался услышать что-то помимо этого звука.

И снова услышал этот звук.

Он поднял руку вверх и обхватил одной рукой часть ее лица, зажав ладонью рот девушки. Она сразу же проснулась и вскрикнула ему в руку.

***

— Не шевелись.

В напряженном голосе Райана отчетливо слышалось предупреждение.

Сердце Эммы бешено забилось в груди, пока она всматривалась в темноту и прислушивалась. Но разглядеть ей удалось только черноту, а помимо шелеста дождя она тоже ничего не услышала. Она чувствовала только сто с лишним килограмм твердых, как камень мышц, держащих ее в защитном жесте, не дающих ей пошевелиться или сказать хоть слово или даже пискнуть.

— Ни звука, — она скорее ощутила, как эти слова завибрировали в воздухе, нежели услышала их.

И кивнула.

Райан убрал руку от ее рта и потянулся к бедру. Он передвинул ее на одну ногу, и она услышала, как он достает пистолет из кобуры.

Сердце Эммы стучало так громко, что ей казалось, что ему он тоже слышен. Может быть, тот, кто затаился неподалеку, тоже слышит его.

Может, это просто Джейк или Лукас, или Этан.