Читаем На изломе полностью

Потом по прибытии на место выяснилось, что, по полученным разведданным, «духи» готовили засаду на колонну, везущую гуманитарную помощь в долину. Андрей заведомо узнал, что эта колонна пойдёт по той же дороге, где погибла Даша, и уговорил замполита отпустить его с группой на два дня для выполнения задания. Задание заключалось в следующем: «проверить район на предмет обнаружения предполагаемых засад до прохода колонны с гуманитарным грузом», или, говоря простым языком, зачистить склоны близлежащих гор у серпантина от «духов». Сначала командир группы лейтенант Свиблов отнёсся настороженно к появлению Андрей, но он его успокоил тем, что идёт как сопровождающий, простым бойцом и в его действия вмешиваться не будет, а если нужно, то, может, пойдёт и в головном дозоре. А так как для Свиблова эта командировка на войну была первой, а задача группы была не из простых, он согласился с тем, что опытный и боевой офицер лишним в его группе не будет.

Андрей закончил осмотр склона и перевёл бинокль на дно ущелья. Грудь болезненно укололо. В окулярах бинокля появился скелет сгоревшей машины. Рана от потери была ещё так свежа, что сразу заныло под сердцем. Но справившись с накатившим волнением, Минин условным сигналом подозвал командира группы. Когда тот подошёл к нему, Андрей предложил ему маршрут, который позволял спуститься в ущелье по склону горы, при этом оставаясь незамеченным. Затем показал на карте точку, куда предполагает выйти после спуска. Лейтенант кивнул головой в знак согласия и тут же задал вопрос:

– Минин, а что руки-то дрожат? Волнуешься?

– Нет, лейтенант. Это после контузии, – соврал Алексей с досадой. Ему не хотелось объяснять, что после получения горестного известия руки продолжали мелко, по предательски дрожать, выдавая его душевное состояние.

Спуск в ущелье занял больше часа, и, когда группа опустилась на его дно, солнце своим краем уже цеплялось за вершину самой высокой горы. Лейтенант объявил 20-минутный привал, и бойцы, измученные трудным спуском, сразу повалились на землю. Присел и лейтенант. Андрей, подойдя к нему, сказал:

– Лейтенант, ты выстави охранение. А я пока посмотрю вокруг. – и не обращая внимание на его возражения исчез в ближайшим кустарнике Минин двигался быстро, но осторожно, прячась за неровностями рельефа. Сейчас он нарушал все мыслимые правила и инструкции, покинув группу не для разведки местности, а по своей прихоти. Андрей шёл туда, где в глубине ущелья на берегу маленькой, но быстрой горной речки лежал скелет сгоревшей машины ГАЗ-66. Собственно, он и прибыл сюда для того, чтобы поклониться тому месту, где погибла Дарья.

Приблизившись, он обошёл сгоревшую «санитарку», осматривая её профессиональным взглядом, как бы восстанавливая картину происшедшего, шёпотом заговорил, обращаясь в пустоту вечереющего неба.

– Значит, мина попала между кабиной и будкой, поэтому баки с бензином сразу и вспыхнули. А потом машина падала, кувыркаясь по склону. Шансов никаких у тебя не было. Я хочу верить, Дарьюшка, что всё произошло быстро и ты ничего не успела понять и не мучилась, – говорил он, гладя рукой железный искорёженный каркас. – Но мир без тебя стал пустым и нелепым. Как небо без птиц. И где мне сейчас найти ответ на самый простой вопрос. Как теперь жить без тебя? Моя любовь к тебе каждую минуту становится всё острее. А моё сердце разрывается на куски от разлуки с тобой, от понимания, что тебя больше нет и я тебя не увижу больше никогда. Почему ты меня покинула? Я же так люблю тебя!!! Люблю так, как никого прежде не любил. Я теперь в этом мире как в пустыне. Меня окружает пустота.

Андрей достал из-за пазухи жёлтый эдельвейс и положил его на диск сгоревшего колеса.

– А это я тебе сорвал. Ты, наверное, такого никогда и не видела. Найти эдельвейс большая удача. Мне повезло, шёл к тебе и нашёл, – продолжал говорить Андрей.

Он ещё раз обошёл машину, заглядывая внутрь будки через покорёженные глазницы окон, пытаясь угадать, где могла сидеть она перед взрывом. Но внутренности будки были изувечены взрывом и последующим падением так, что казалось, всё, что там было: оборудование, металлические ящики, дно и стены будки скрутились в один большой железный чёрный от гари уже местами тронутый ржавчиной узел. Вдруг среди этого хаотично сплетённого узла что-то тускло блеснуло. Он пригляделся. Под большим листом смятого в комок железа лежал какой-то небольшой предмет, тускло отсвечивая в лучах уходящего солнца. Заинтересовавшись, Андрей просунул руку под этот лист и стал на ощупь искать его. Через пару мгновений в ладонь неприятно укололо.

«Есть», – подумал он и, ухватив вещицу двумя пальцами, вытянул её наружу.