– Верно, – улыбнулся Чтец, тоже переходя на русский язык. – Умная девочка! Тогда почему ты до сих пор жива? Его здесь нет. Пока что. Поспеши!

– Я знаю. Я знаю правила. Жизнь ученика и жизнь Обходчика неравноценны…

Сзади послышался шум, и она оглянулась, ожидая увидеть атакующего зомби. Но на платформе было пусто.

Очевидно, колонны не просто разделяли фальшивую станцию на два зала, но служили барьером между изолированными зонами. Оставалась надежда, что Вишня и Кукуня остановят Макмаровых слуг.

– Знаете, я ведь многим вам обязана, Максим Маркович, – сказала Злата. – Благодаря вам я познакомилась со Стражем и стала его ученицей. Благодаря вам узнала любимого мужчину так, как и не надеялась узнать. А сегодня благодаря вам смогу сдать свой главный экзамен. Вы определили всю мою жизнь, задали направление, наполнили её смыслом. Из всех моих Наставников вы – самый лучший!

Улыбка Чтеца несколько подвяла. Похоже, он не ожидал подобных признаний.

– Всё началось с вас – вами и закончится, – продолжала Злата. – Жалко, что вы покинули Большой Дом! Максим Маркович, ваше призвание – готовить Обходчиков! Даже когда вы пытались уничтожить одного из них, вы волей-неволей делали его сильнее. Представьте, чего бы вы достигли, если бы остались там!

– Ты понятия не имеешь, о чём говоришь! – фыркнул он, разозлившись. – От кого ты узнала про это? От Лоцмана? И поверила?

– А кому мне верить? Большому Дому?

Невидимая преграда как будто бы слегка поддалась.

– Ты ничего не понимаешь, – усмехнулся Макмар. – Я…

– Вы дважды предали своё дело, – перебила Злата и показала ему ножницы. – Вы были хорошим Наставником, но всё бросили. Вы были прекрасным портным – и опять от всего отказались. Ради чего?

– Я был раскройщиком, – поправил её Чтец, заворожено глядя на блестящие лезвия. – Раскройщиком, а не портным!

– Раскройщиком, закройщиком – какая разница? – хмыкнула Злата.

– Большая! – раздражённо поправил её Макмар. – Огромная!

– Какая разница, если вы уже не… не то, чем были? Вы никто. Вы никогда не сможете вернуть всё обратно. Убейте меня, убейте Стража, убейте всех, но вся ваша прежняя жизнь закончилась. Вы сами её закончили!

Злата не могла проникнуть в сознание Чтеца. Она понятия не имела, что творится у него в голове! Всё, что у неё было – это ножницы. Знакомый предмет, последняя ниточка, связывающая мага-изгнанника с элегантным стариком.

Старый раскройщик был таким же сильным и уверенным в себе, как и маг-наставник. Он был им и оставался им, и никуда не делся, учитывая сохранившиеся привычки. И он откликнулся, увидев ножницы.

Макмар помнил тяжесть этого инструмента, помнил, как хрустит разрезаемая ткань, помнил чувство гордости, возникающее при виде идеально сидящей одежды.

Там была жизнь. Там был смысл.

Макмар сделал шаг, потянулся к ножницам – и Злата тут же отдала их ему. Остриями вперёд – прямиком в сонную артерию. Почувствовала, как одно лезвие скользнуло по шейному позвонку. С наслаждением впитала выдох-вздох и ошарашенный взгляд побеждённого Чтеца. Улыбнулась, осознав блаженную ясность мыслей и желаний.

Ухватившись обеими руками за ножницы, торчащие у него из шеи, Макмар неуклюже осел на пол.

В тот же миг колонны исчезли, потом вновь вернулись, но перестали быть барьером. Просто облицованная мрамором колоннада, сквозь которую Злата могла с лёгкостью разглядеть Вишню, которая поливала огнём скорчившегося зомби. Рядом лежали два других тела. Длиннорукий помощник Макмара застыл в стороне, словно равнодушный зритель. А на потолке стоял Кукуня – бесполезный, лишний, испуганный.

– Помочь? – спросила Злата, направляясь прямиком к «горилле».

– Ну, помоги! – отозвалась Вишня.

На щеке у неё красовалась свежая царапина.

– Стой! Он мой! Я сам! – завопил Кукуня и прямо с потолка ударил по длиннорукому.

Вложил остатки сил – и создал могучий огненный вихрь, от которого невозможно укрыться.

Но длиннорукий и не пытался. Стоял себе, задрав голову и глядя прямо в прозрачные глаза Кукуни.

Злата слишком поздно поняла, что происходит. С криком «Стой, дурак!» бросилась вперёд, к «горилле», надеясь вытолкнуть его из зоны поражения… Не успела. Кукуня страшно закричал и сорвался с потолка.

Остановившись в шаге от длиннорукого, Злата пригнулась, ожидая нападения. Но он усмехнулся, повернулся к ней спиной и направился туда, где лежал Макмар.

И тогда Злата пошла к Кукуне.

Он больше не кричал и был похож на обгорелую спичку, скрюченную и жалкую. Лицо его превратилось в чёрно-красную маску, как у побеждённого зомби, и если не знать, что это Кукуня, то никакой разницы с другими опалёнными телами. На него, как и на них, падали белые снежинки.

* * * 01:24 * * *

Зависнув над ладонью Деда, снежинка растопырила дырявые крылышки и начала расти. С нежным хрустом вытянулись прозрачные усики, обросли ледяными иголками, раздвоились, а потом опять, и снова, и снова. Густая ледяная паутина заполняла пространство ловушки – от пола до потолка, от колонны к колонне. Где-то там, впереди, снежные соты должны были наткнуться на Злату и остальных. А в другом месте – на Макмара и его сообщника.