Читаем На грани миров полностью

Она выглядела невероятно: платье было соткано из маленьких голубых цветов, в волосы вплетены лианы с крупными белыми бутонами. Но почему-то она стояла босиком и перебирала миниатюрными пальчиками ног.

– Очень увлекательно. Дерим хорошо объяснил азы, – ответил я. – Я хотел сказать, что потрясен городом, вы действительно постарались над ним. Люди находятся в сказке и вроде как счастливы.

– Спасибо, мы старались создать идеальный мир. Пока мы есть у людей, у них имеются бесконечные ресурсы и им не о чем беспокоиться. Они занимаются тем, что им нравится: искусством, играми, любовью, спортом. Тебя, наверное, интересует вопрос о преступности?

– Преступность искоренить нельзя, – ответил я.

– Конечно, бывают случаи, ведь это все же люди, но в последнее время таких инцидентов все меньше и меньше.

Я кивнул.

Преступность будет всегда, даже если общество окружают бесконечные блага. Кто-то влюбится в человека, который не ответит взаимностью, а это может породить насилие. Кто-то позавидует внешности другого и будет точить зуб на него. Кто-то разозлится на человека из-за бессмысленного спора. Все что угодно может произойти, мы же ведь всего лишь люди.

Мне приходилось читать об утопиях, где все равны, делают, что им нравится. Но я не могу вспомнить ничего, что кончалось бы хорошо.

– А город тоже фантазия? – поинтересовался я.

– Нет, фантазией были инструменты и механизмы, что помогали создать город, а так город абсолютно реален.

Я смотрел на Фрилу и не мог поверить, что этому нежному созданию уже больше трех тысяч лет. Она ходила вдоль книжных полок и отбирала какие-то книги.

– Вы же почти бессмертны в этом мире. Если вы появились в этой реальности после первого «Явления», то в нашем мире прошло всего три месяца. Поэтому вы и не стареете тут, точнее, стареете, но очень медленно, – сказал я, повторив теорию, которую поведал Барону. – То есть вы вечно можете удерживать эту утопию…

– Ты прав, но мы все же смертны. Времяисчисление тут схоже с земным. Здесь столько же дней в году, сколько и там; в сутках двадцать четыре часа, но каким-то образом тысяча лет в этой реальности равна месяцу на Земле. Я не ученый, объяснить это не могу. Мы можем прожить практически миллион лет здесь, вдумайся в эти цифры. За это время можно сотворить идеальный мир.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

– С ума сойти можно, – прокомментировал я.

– Именно.

– Фрила, почему меня считают избранным? Я слышал про писания Легиона, но как он может знать, что это именно я? Откуда он знает мое имя?

Я вспомнил, что видел Легиона во снах на Земле, и похоже, сам ответил на свой вопрос. Наверное, он как-то наблюдал за мной. Но почему я? Все это было очень странно…

Фрила подошла ко мне с охапкой книг.

– Первое явление переместило существ с Земли сюда, а второе, наоборот, из этого мира – на Землю. По крайней мере, Легион писал так. Но ты каким-то образом попал в эту реальность во время второго явления, поэтому многие считают тебя особенным. Но опять же, если верить писаниям Легиона, он предсказал твое появление еще тысячу лет назад. Он знал твое имя. Каким образом? Понятия не имею, – она протягивает книгу. – Вот эти писания, ознакомься.

– Но вдруг это ложь, почему вы верите в это? Он же убийца! – возмутился я.

Фрила положила мне руку на плечо и наклонилась.

– Может, ты и прав. Но многое из писаний сбывалось, хоть и большинство из них Легион создал сам.

– То есть книга, по сути, состоит из его «задач по выполнению»? Ежедневник? – выдавив из себя смешок, сказал я.

Фрила снова ушла к книжным полкам.

Я открыл книгу. Первое же предсказание было посвящено избранному, мне об этом рассказывал Барон. Но, кроме того, что я, мол, принесу или погибель, или жизнь, там было сказано о моем появлении во время второго выброса силы, спустя три тысячи лет после прибытия первых древних. Дальше множество писаний на тему гибели поселений людей и про падение древних. Последним же предсказанием было третье явление, которое разрушит грань между реальностями и соединит два мира, орды нечисти уничтожат человечество, сделав вселенную чище.

– Не внушает оптимизма, – с угрюмым лицом произнес я.

– Но почему же? – Фрила присела рядом. – В первом сказании Легион высказал долю сомнения, «принесет или погибель, или жизнь», а значит, не имеет и малейшего понятия о дальнейшей судьбе миров, то есть смерть Земли – это его фантазия.

– Как и все тут. В книге написано, что третий разлом соединит два мира. Как это возможно? – спросил я, повернувшись к Фриле. – И как он может знать и об этом?