Читаем Мысли вслух полностью

Марксизм как наука серьезно повлиял на развитие человечества. К. Марксу и Ф. Энгельсу принадлежит огромная заслуга — экономическое объяснение основных явлений и процессов общественной жизни, исторической динамики. Под непосредственным влиянием марксизма возникло организованное рабочее движение. В свою очередь, воздействие массового революционного движения стало одним из факторов, обусловивших эволюцию капитализма. Но это не означает, что следует относиться к марксизму как к религии и делать на марксистской основе выводы, опровергаемые действительностью. А так, собственно, и случалось в прошлом. Например, исходя из «незыблемого» постулата о близкой гибели капитализма, был сделан вывод, что капитализм развивается на постоянно сужающейся основе. Профессор (в будущем академик) Алексей Матвеевич Румянцев — убежденный марксист и очень порядочный человек — был автором положения о том, что появление мирового рынка социализма еще более (после краха колониальной системы) сузило поле развития мирового капитализма.

Румянцев впоследствии отказался от этой идеи. Он рассказал мне и о том, что с ней было связано. Оказывается, в 1951 году, во время дискуссии о проблемах социализма в СССР, И.В. Сталин слушал выступления, находясь в наушниках в своем кремлевском кабинете. Ему настолько понравилась высказанная Румянцевым идея, что Алексей Матвеевич, в то время директор Института экономики в Харькове, был назначен заведующим отделом ЦК ВКП(б). Первоначальный отказ Румянцева занять должность заместителя заведующего отделом науки не остановил вождя, хотя сделавший это предложение Г.М. Маленков и ознакомил Сталина с письмом Румянцева, сомневавшегося в способности «провинциального ученого занимать столь высокий пост». Сталин отреагировал в присущей ему манере: «Не хочет идти заместителем, разделите отдел науки и назначьте его одним из заведующих». Это и произошло в июле 1952 года.

Вспоминаю и о другом курьезном случае. После ввода советских войск в Афганистан ЦК КПСС принял решение направить группы, сформированные из консультантов аппарата Центрального комитета, ученых, журналистов, в Западную Европу для откровенного разговора с компартиями. Одна из таких групп была командирована в Италию — к тому времени на Итальянскую коммунистическую партию уже был навешен ярлык «еврокоммунизма», что отождествлялось с таким ругательством, как «ревизионизм». Наша группа состояла из Александра Евгеньевича Бовина[15] и меня. Встреча с активом компартии Италии произошла во Флоренции в большом, заполненном до отказа зале мест на пятьсот. Говоря о причинах ввода войск в Афганистан, мы делали упор на то, что, как казалось, выглядело убедительным: огромная общая граница, образующийся вакуум власти в стране, который мог быть в условиях холодной войны заполнен Соединенными Штатами. Последовали вопросы. Один из них был обращен к Бовину: можно ли считать, что все декларированное Марксом и Энгельсом сто с лишним лет назад раскрывает смысл нашего времени — ведь мир претерпел такое бурное развитие за этот период? Александр Евгеньевич отреагировал моментально. Со свойственным ему остроумием и артистизмом встал и сказал: «Сто лет назад Маркс и Энгельс провозгласили: “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!”» Это был выигрышный ход, которому зааплодировали, но уже тогда не только у итальянских коммунистов вызывала сомнение закономерность постановки вопроса о незыблемости выводов марксизма для всех стран и на все времена.

Открыто говорить и писать об этом стали у нас в годы перестройки. Так, в 1989 году в журнале «Знамя» была опубликована моя статья «Перестройка — взгляд изнутри и извне», в которой говорилось, что начавшееся в нашей стране социальное преобразование (к сожалению, так и не восторжествовавшее) «…разрушает догматические представления о том, что производственные отношения при капитализме выступают как тормоз развития производства, — сами эти отношения изменяются в рамках капитализма, приспосабливаясь к научно-технической революции… Не выдерживает столкновения с действительностью и другая догма… о том, что развитию капитализма обязательно сопутствует обнищание трудящихся».[16]

Действительно, историческое развитие внесло ряд корректив в постулаты марксизма-ленинизма. Одна из главных проблем — неизбежность всемирной революции. Основоположники марксизма, как известно, выводили такую неизбежность из утверждения об абсолютном обнищании рабочего класса при капитализме. Не только относительном, но и абсолютном, постоянно усиливающемся, прогрессирующем обнищании. Если это так, то в развитых капиталистических странах неизбежно предстоит пролетарская революция. Злейшим врагом марксизма был объявлен один из лидеров германской социал-демократии Эдуард Бернштейн, именно потому, что он уже в конце XIX века отрицал закон постоянного обнищания рабочего класса. Отступничество от марксизма, ренегатство — эта характеристика «бернштейнианства» принадлежала и Ленину, и Плеханову. Аналогичные оценки были сделаны в отношении II Интернационала, возглавляемого Карлом Каутским.