О: Да, да, бывают. (оба смеются) Когда однажды любовь терпит поражение в попытке наладить идеальные взаимоотношения между двумя людьми, остаётся лишь ненависть. А если не ненависть, то отвращение, безразличие или какое ещё слово?.. Мой словарь очень беден.

В: Хватит об этом… Что насчёт сексуальности? Это просто средство воспроизводства, или она помогает какой-то другой значительной…

О: Сексуальность, если взять её саму по себе, как в случае других видов, других форм жизни, просто биологическая потребность, потому что перед живым организмом стоит цель выживания и воспроизводства себе подобных. Любой другой смысл, который вы придаёте сексуальности, никак не связан с живым организмом. Но мы превратили то, что вы называете сексуальностью, которая по своей природе является простой биологической потребностью, в средство получения наслаждения. Я не имею ничего против наслаждения. С помощью мысли для нас стало возможным заниматься сексом в любое время, когда мы только захотим.

В: Итак, это один из способов, которыми мысль отделила нас от остального мира?

О: Тогда опять наступает скука. Нам приходится писать книги: «Радость Любви», «Кама Сутра» и все прочие книги, чтобы вернуть интерес. Животные не могут заниматься сексом всякий раз, как им этого захочется. Животные пользуются им только для воспроизводства. Не в том смысле, что они «пользуются» им, но он предназначен для воспроизводства особей того же вида. Для них это не акт наслаждения. Я ничего не имею против акта наслаждения. Я не пытаюсь сказать, что вы должны его осудить, или стать неразборчивы в связях, или использовать секс как средство достижения духовных целей. Нет.

В: Значит, вы утверждаете, что секс не может быть духовным переживанием?

О: Это очень простой вид деятельности живого организма. Религиозный человек сильно раздул тему секса и сосредоточился на его контроле. После чего психологи превратили его в нечто выдающееся. Вся торговля связана с сексом. Как вы думаете, удастся ли вернуть его на надлежащее место?

В: Он используется для продажи…

О: Да, конечно, я не против этого. Пожалуйста, не поймите меня неправильно. Я лишь указываю на то, как мы стали использовать эту простую биологическую функцию. Я этого не осуждаю. Это так, видите ли. Ваш разговор об этом как о выражении любви не имеет для меня никакого смысла.

В: Тогда между любовью и сексом нет никакой связи?

О: Нет.

В: Это опустошает! Большинство в мире уверено, что любовь без секса подобна холодному рукопожатию.

О: Нам хотелось бы, чтобы так было, потому что это очень утешает. Если секс используется только в биологических целях, как я уже сказал, то ничего опустошительного в этом на самом деле нет. Если рассматривать его самого по себе, он будет не так ужасен, по сравнению с тем, что вы из него сделали. Он займёт своё соответствующее место. Вот почему мы изобрели все эти остальные вещи: бога, истину и реальность — которые ничто иное как окончательное наслаждение.

В: Это тоже цель?

О: Находитесь ли вы здесь, в России или где-то ещё, единственное, чего желает каждый повсюду в этом мире, это обладать счастьем без единого мгновения несчастья, удовольствием без боли. Но это просто невозможно, потому что живому организму не известно, что такое наслаждение, что такое счастье.

В: Организм не знает, что такое наслаждение?

О: Он даже этого не хочет.

В: Он хочет, но не…

О: Он не хочет этого, потому что все приятные ощущения его будоражат. Как только возникает приятное ощущение, вместе с ним возникает потребность продлить ощущение всё дольше и дольше. От этого и огромное разочарование. Вы хотите для каждого возможности всегда быть счастливым, и чтобы все ощущения были приятными, а болезненных ощущений не было. Этого можно добиться с помощью некоторых наркотиков, вроде экстази, но как долго оно продлится?

В: Что происходит, если вы предаётесь таким занятиям?

О: В конечном счёте разрушается чувствительность тела.

В: Как вы говорите?

О: Вы не находитесь в контакте ни с чем живым.

В: …итак, мысль отделяет нас от естества?

О: Да, от естества.

Глава 11. Причуда природы