Читаем Мы ударим первыми полностью

В это время в вагончике «морячок» вытащил из кармана бушлата переносную рацию:

– Лешак! Лешак!

– Слушаю!

– От меня только что два хмыря вышли. Скользкие они. Проследи: если пойдут на станцию, пусть валят, а если начнут по нашим объектам шастать... Возьми ребят и «побеседуй» с ними в укромном уголке. Так, чтобы память на всю жизнь отбило. Заодно узнай, какого хрена они тут на самом деле ищут. Можешь не церемониться!

– Понял, Торпеда!

Мужчина в оранжевом жилете и пластиковой каске выключил рацию, резко свистнул и направился к распахнутым воротам пакгауза. За ним потянулись грузчики.

* * *

– Странно. Десять минут назад работа здесь просто кипела. Вон ящики на дрезине еще теплые. Наверное, производственное совещание затеяли. – Анатолий оглянулся на журналиста.

– Бродить без провожатого по местным запасникам бессмысленно. Пойдем, посетим рабочую «летучку».

Они вошли внутрь. Складское помещение было изрядно захламлено. Между кое-как скомпонованными штабелями грузов на грязном полу валялся давно не убираемый мусор: обрывки бумаги и упаковочного картона, доски от разбитых ящиков, вата и пакля. Узкая железная лестница в дальнем углу вела на второй ярус, где, очевидно, и располагался производственно-руководящий кабинет.

Талеев уже почти достиг верхней площадки лестницы, а Толя находился на ее середине, когда входные ворота пакгауза с лязгом захлопнулись и перед ними замаячила фигура одного из «работяг». Практически одновременно распахнулась дверь кабинета на втором ярусе, и оттуда вышел мужчина в оранжевом жилете. В руках он держал – ошибиться было невозможно – бейсбольную биту. Тут же к подножию лестницы подступили сразу трое грузчиков.

«Оранжевый» сделал шаг на первую верхнюю ступеньку лестницы и хрипло прорычал:

– А ну, марш вниз!

При этом он недвусмысленно похлопывал битой по ладони левой руки, а из-за его спины выглядывали малосимпатичные лица еще двух «бейсболистов».

– Понятно, – спокойно произнес Талеев, – совещаний и митингов не будет.

– Отчего же, – «оранжевый» продолжал медленно спускаться вниз, – вы как раз и будете выступать главными докладчиками. Только для начала разомнемся немного, чтобы речь была длинной, складной, а главное, очень откровенной!

Журналист примирительно поднял вверх обе руки, склонил голову и отступил вниз на две ступени.

– Конечно, конечно, – пробормотал он. Потом чуть заметно кивнул Анатолию и добавил, адресовываясь непонятно к кому: – Не надо экстрима. Все можно уладить без ненужного кровопролития.

Его поднятые вверх руки резко опустились на поручни лестницы, обе ноги синхронно перемахнули ограждение, и все тело легко и плавно приземлилось с двухметровой высоты на грязный пол пакгауза рядом с тремя растерявшимися рабочими. Это секундное замешательство позволило Талееву мгновенно вывести из строя одного из противников, проведя классический боксерский удар снизу в челюсть. Двое других наконец очухались и с разных сторон бросились на неожиданного обидчика.

В это время «оранжевый», взметнув над головой бейсбольную биту, с ревом бросился вниз по лестнице. В первое мгновение Толя даже не шелохнулся. Лишь когда противник приблизился на расстояние метра, он, ухватившись руками за вертикальные стойки ограждения, резко отклонился назад, так что его спина почти легла на ступени, а ноги оказались выше головы. Следующим движением обе ноги уперлись в живот наваливающегося сверху «оранжевого» и без особых усилий придали телу последнего такое дополнительное ускорение, что оно пролетело остаток пути до пола пакгауза, не соприкоснувшись более ни с одной ступенькой. В отличие от изящного приземления журналиста, полет главаря бандитов завершился впечатляющим грохотом и тучей поднятой пыли. Бита выкатилась из рук распластанного мужика, неподвижно застывшего на цементном полу. Анатолий проделал кувырок назад через голову и оказался на ногах в двух ступенях от ее основания, стоя лицом к спускающимся двум бандитам и максимально готовый к поединку. Он даже успел оглянуться на Талеева и оценить, что помощь тому пока не требуется.

Один из нападавших на Геру подхватил упавшую биту, а второй зажал в кулаке полуметровый обрезок трубы. Кроме того, к ним на помощь подбегал запиравший ворота работяга, выставив вперед финский нож. Решив понапрасну не рисковать, Талеев трусцой отбежал метров на пять в сторону. С дружным воплем противники ринулись за ним. Как только журналист заметил, что один из преследователей чуть вырвался вперед, он стремительно обернулся, заранее отводя назад правую ногу, и на полном круговом махе нанес неотразимый удар стопой в голову противника. Бандит, нелепо взмахнув руками и выронив обрезок трубы, отлетел метра на три, ударился спиной и головой об угол стеллажа, сполз на пол и затих. После такого удара человек может встать – но не раньше, чем через пару месяцев, в больнице, пересаживаясь с ортопедической кровати на кресло-каталку.